— И ты что, согласился? Дурак ты, Павлов! Своих продавать будешь этой… Не знаю даже, как её назвать.
— Вот зачем ты сейчас меня обозвала? Я ещё не согласился и для себя ничего не решил. В следующий раз увижу и скажу, что ничего не знаю, ничего не видел.
— Нельзя так категорично поступать. И нам интересно, для чего она сюда приехала. Командира нашего хочет закадрить? А он нам нужен для другого дела. Только пока не спрашивай, для чего именно, не могу я тебе всего сказать. Но ты нам можешь помочь: выведи её на откровенный разговор, пококетничай с ней, ты же умеешь это делать.
— Я с этим завязал, больше ни одной женщины, кроме тебя. Вот чем ты меня взяла, скажи? Только не отворачивайся от меня! Я хочу тебя видеть всю!
— Тебе на дорогу надо смотреть, а не на меня. Вот приедем на место, насмотришься.
— Я хочу любить тебя, всю без остатка, целовать твои алые губки, вдыхать пьянящий аромат твоего тела.
— Наговорил! Я не успеваю за тобой, столько пунктов насчитал. Ты пока у меня будешь наказан. Сколько ты их перецеловал? Я имею в виду, женщин. Отдохни немного, а я пока подумаю, что с тобой делать.
— Только не прогоняй меня, а то я пропаду без тебя.
— Бабы не дадут, они своей любовью тебя отогреют.
— Олесечка, миленькая, как ты не понимаешь, люблю я тебя одну.
— Ладно, успокойся, я подумаю насчёт тебя. А если серьёзно, то помоги мне, Павлов!
— Постараюсь. Можно, я тебя поцелую, один разочек? — он подрулил к подъезду Олеси.
— Только в щёчку, для первого раза и этого достаточно, — но не успела она договорить, он припал к её губам и стал с наслаждением целовать, от чего дрожь побежала по всему её телу.
— Нет, только не сейчас, я не готова к этому, — и она выскочила из машины.
— Подожди, Олеся, куда же ты? — но она забежала в подъезд. Привалилась к стенке и замерла. Что это было? Да просто ей было очень хорошо с ним, и хотелось продолжения. Но она не верит ему. А вдруг он будет гулять и с ней и с другими женщинами? Как и до этого дела? Но то, что он не безразличен ей, она уже давно поняла.
Уехал, а она не могла сдвинуться с места. Вот и пришла к ней нежданно любовь. Она уже думала, что после разочарования много лет назад никогда не полюбит. Избегала мужчин, всех сравнивала со своей первой любовью. Вот тебе и партийное задание! Он не отказался и согласился ей помочь, а это самое главное.
Не нравится ей новая начальница, сразу свой гонор показала, невеста начальника, видите ли. А Татьяна от неё приходит всегда расстроенная. Что же их связывает помимо учёбы в училище? Татьяна молчит, может быть, Савина проболтается нашему донжуану. Завтра соревнования, и нужно выспаться хорошенько. С этим Павловым все нервы растрепала.
Не успели мы сесть за свои рабочие места, как в комнату влетел Жариков и с порога закричал на нас:
— Вы чего это расселись? Сегодня такой ответственный день! Быстро переодеваемся и на стадион, сначала разминка будет. Так командир приказал.
— Так соревнования только через два часа? — возмутились девчонки.
— Приказы командира не обсуждают.
— А кто тут работать будет? — спросила Олеся.
— Сейчас девчонки из ночной смены подойдут, заменят вас, пока вы будете покорять вершины славы.
— Какой славы, товарищ капитан? Мы не бегаем, а плетёмся как курицы.
— Отставить разговоры! А сегодня будете бегать, таков приказ.
— Оля с Таней, вы хоть не подведите, на вас вся надежда, — поникшим голосом сказала Олеся.
— Да не дрейфь ты, как пробежим, так и пробежим. Там ведь ещё с других отделений девчонки будут. Прорвёмся, Олесечка, — Оля схватила её в объятия и закружилась с ней.
— Хватит обниматься! На выход, другие отделения уже занимаются, — и Жариков зашагал впереди них к выходу.
— Ох, что будет! — простонала Олеся.
На стадионе собрали народ со всех отделений. Тут были мужчины и женщины.
— Сержант Логачёва, ты самая башковитая в этом деле, будешь командовать ими. А я пока посижу на трибуне, со стороны виднее.
— Нет, товарищ командир, не уходите. Видите, как прогибаются девчонки с других отделений на снарядах, для этого поддерживают друг друга. А у нас одной не хватает. Вот и будете нам помогать. Держите Олечку, а то она упадёт.
— Ну, девчонки, вы у меня договоритесь, вкачу вам всем по наряду вне очереди! Что делать-то нужно?
— Обхватите нежно Олечку за талию и вместе с ней наклоняйтесь.
— Не бойтесь, товарищ капитан, я вас не съем, идите сюда, — Оля положила его руки себе на талию. — А теперь наклон, вот так, — но он не удержал равновесия и повалился на неё. Хотел встать, но Оля крепко держала его.
— Сержант Логачёва, что вы делаете? Отпустите, я встать не могу! — закричал капитан.
— И не надо, вы в такой позе так хорошо смотритесь, — засмеялась Олеся.
— Простите меня, товарищ капитан, когда вы начали падать на меня, я так испугалась, что непроизвольно не могла расцепить руки на вашей шее.
— Всё, уйду я от вас! Какие нервы с вами нужны? — и он зашагал к трибуне.
