Я тянусь к его руке, надеясь удержать равновесие. Но моя рука хватает пустоту, потому что он лезет в карман и опускается на одно колено.
– Элайза Рот, ты выйдешь за меня? – спрашивает он искрящимся от надежды голосом.
Моя рука взлетает ко рту – не потому, что я поражена, а из предосторожности, если вдруг я проиграю битву с желудком. Он открывает одну из черных бархатных коробочек, которых я продала сотни, и показывает круглый трехкаратный бриллиант, который я неосмотрительно выбрала несколько месяцев назад. Тот резко сверкает на солнце. Первое, что приходит мне в голову: «Еще не поздно сказать «нет». Возможно, впервые с тех пор, как я впуталась во все это, эта мысль до меня доходит. Я могла бы отказаться. Я могу не соглашаться на его предложение. Блейк мне нравится; может быть, я даже его когда-нибудь полюблю. Но я не чувствую той несокрушимой любви всем существом, которой всегда ждала в момент помолвки. Я не люблю Блейка в том несомненном смысле, в котором он говорит, что любит меня. Если бы я была другим человеком, это бы все разрешило – это было бы достаточно, чтобы я ушла. Мне надо было бы стать агрессивнее, предприимчивее, умнее и, возможно, потерять «Украшения Бруклина» навсегда. Настоящую любовь не опишешь в двух словах, но я уверена, что это не она.
Щелк. Судя по всему, я слышу фотографа, делающего снимок, и это мне напоминает о том, что меня с самого начала привлекло в Блейке: он отлично смотрится рядом со мной. Он мне подходит. Он мне нравится. Даже если чувства мои не так сильны, как я надеялась, я вполне уверена, что научусь его любить. Все хорошее требует времени – нам просто нужно чуть больше.
– Да, – произношу я, удивляясь тому, насколько силен мой голос. – Да, конечно, да.
Блейк благодарно поднимается и вынимает кольцо из футляра. Когда он надевает кольцо мне на палец, у него дрожат руки. Я сжимаю руку под привычным весом. Кольцо выглядит так правильно – и одновременно так неправильно. Блейк крепко меня целует, сжав руками мои бедра и крепко привлекая меня к себе. Палуба под нашими ногами ходит ходуном. Владение собой, которое я, стиснув зубы, демонстрировала до сих пор, испаряется. Тошнота подкатывает к моему горлу. Я отталкиваю Блейка как раз вовремя, и меня выворачивает через поручень яхты. Я блюю и кашляю. В горле кисло и словно ободранно.
– Элайза! – кричит Блейк.
Я чувствую, как его руки подхватывают мои волосы, но уже поздно. Он упускает все, что висит у меня перед лицом. Меня снова тошнит от вида рвоты на моих волосах.
И, как будто это недостаточно адское позорище, я слышу, как фотограф продолжает снимать. Я зажмуриваюсь, вытираю рот и пытаюсь отдышаться. Нетрудно представить, как эти фотографии станут вирусными.
– Я должна была тебе сказать, что у меня морская болезнь, – говорю я.
Голос у меня хриплый.
– Я понятия не имел, – говорит Блейк, слегка зеленея сам. – Честное слово.
– Видимо, речь не заходила, – слабо отзываюсь я.
Мужчина в белой морской форме прибегает с бутылкой воды.
– Мэм, мэм, вы хорошо себя чувствуете? – спрашивает он.
Я выпиваю, сколько могу одним глотком.
– Сейчас отпустит. Мы можем вернуться к берегу?
– Конечно, я сейчас скажу капитану, – говорит он.
– Господи, я понятия не имел, – говорит Блейк, качая головой. Глаза у него все еще расширены от ужаса. – Я просто подумал, что раз ты выросла в лодочном магазине в Мэне… то это твое.
– Если бы это было мое, разве я бы не сказала? – спрашиваю я.
В голосе у меня звучит резкая нотка.
Я снова чувствую напряжение, и на этот раз не из-за тошноты. Я не хочу, чтобы сейчас началась наша первая ссора. Не хочу портить момент сильнее, чем уже испортила. Я глубоко вдыхаю. Это можно отпустить.
– Знаешь что? Все хорошо. Ерунда это все. Я просто так счастлива, что я с тобой и что я с тобой обручена.
– Я на секунду испугался, что тебя тошнит от сожалений, что ты согласилась, – допускает Блейк.
Я как раз отпила глоток, поэтому не могу сразу ответить. Он замирает.
– Ты не жалеешь, ведь нет? – спрашивает он.
У меня колотится сердце. От того, как я подам следующую реплику, зависит очень много. К счастью, голос мой звучит куда ровнее, чем я себя чувствую.
– Блейк, я от тебя без ума и хочу поскорее стать твоей женой. Я бы тебя поцеловала прямо сейчас, если бы от меня не воняло.
Перед нами поднимается лестница на верхнюю палубу.
– Давай отойдем от борта, – говорю я. – В центре качает меньше, чем по краям.
Я лезу наверх, Блейк идет за мной. Наверху стоит коктейльный столик, накрытый белой скатертью, усыпанной красными лепестками роз. На нем ведерко со льдом, где охлаждается бутылка «Дон Периньон», и два хрустальных бокала для шампанского. По лестнице взбегает мужчина в морской форме.
– Капитан взял обратный курс, – объявляет он. – Не знаю, вы все еще… эээ, желаете шампанского?
Блейк смотрит на меня с тревогой.
– Не уверен, что для тебя это сейчас правильный выбор. Как ты?
Чувствую я себя погано, но вода смыла изо рта мерзкий вкус. Нельзя совсем испортить этот день.
