— Отлично, — Бустаманте еще раз одаривает меня улыбкой, и обнимая за одно плечо, увлекает за собой. — Тогда пошли со мной. Лухан, — он обращается к моей лучшей подруге, хотя я даже не уверенна, что они знакомы, — ты не возражаешь, если я украду эту прекрасную сеньориту?
— Ничего не имею против, — Линарес вскидывает руки, и дожевывая свой обед, откусывает еще один кусочек от бутерброда. Все это действо она сопровождает убийственным взглядом в сторону Сол и ее пиявок, но те только с открытыми ртами таращатся нам вслед. Чтобы эпатировать публику еще больше, я кладу руку на задницу Пабло и игриво ее сжимаю. Не могу сказать, что мы с Бустаманте теперь лучшие друзья, но после проведенной вместе субботы в его доме, мы определенно стали друг другу ближе. Не то чтобы мы проводим вместе время, просто теперь я не боюсь «обжечься», находясь рядом с ним. Это странное чувство, когда человек, которого ты раньше ненавидела, играет в твоей команде. Я бы обманула, если бы сказала, что не была рада такому удачному стечению обстоятельств и внезапному появлению Пабло на горизонте.
Ну что выкусили?, я со всей не присущей мне надменностью, покидаю столовую. Счет на воображаемом табло гласит; «Мариса Спирито-1: весь университет Буэнос-Айреса — 0! » КАААЙФ!
Когда мы с Пабло находимся в не зоны досягаемости людских глаз, наши плотно прижатые друг к дружке тела, от того что Бустаманте положил руку на мое плечо, не кажутся чем-то правильным. На минуту я потеряла бдительность, но теперь разум постепенно возвращался на прежнее место.
— Думаю, нам уже не обязательно обниматься.
— Ладно, — Пабло к мгновение ока исполняет мое пожелание, как-будто все это время он только и ждал что этих слов. Его рука ослабляет хватку и теперь, когда он больше не касается моего плеча, как ни странно я не чувствую себя лучше. Скорее наоборот. Я словно теряю что-то важное и очень мне нужное.
— Я не стану говорить тебе спасибо.
— Может тогда невинный чмок?
— Ты с ума сошел, Бустаманте? Я тебя не выношу!
Пабло нисколько не разочарован моей последней фразой. Я бы сказала, что он ее более чем ожидал. — А мне вот кажется, это начало большой и чистой любви между нами. Он прикладывается ко мне плечом, но я сразу же брезгливо отталкиваю его от себя.
— Еще чего выдумал! Скажи правду, почему ты мне помог? Ты все еще думаешь, что я напишу про твоего папашу в своей статье?
— Нет, — Пабло хмыкает. Я ожидаю, что он наградит меня лукавым взглядом или, возможно, ответит в своем стиле. Но я совершенно не ожидала услышать от него следующее, и это сражает меня наповал одним только предложением.
— Потому, что добро остается добром —
В прошлом, будущем и настоящем.
Его глаза так искренны или мне это только кажется…
Я прищуриваюсь, стараясь не воспринимать его слова всерьез. — Это что, цитата такая из книги?
— Это из сердца.
Хочу что-то ему ответить, но Пабло, обернувшись вполоборота на одно мимолетное мгновение, уходит, оставляя меня гадать в неведении.
И как это все понимать?
Сегодня был просто адовый день, который начался с неудачной попытки публичного унижения в университетской столовой, а закончился усиленной тренировкой группы поддержки. Мы без остановки репетировали трюки в воздухе, хотя врач настаивал на моем полном покое, из-за растяжения связок на правой ноге. Я привыкла рисковать, поэтому без труда согласилась на тренировку. Вернувшись, в свою комнату университетского общежития совершенно без сил, я с ужасом вспомнила о том, что уже завтра нужно было отправлять мое интервью с Пабло в печать. В воскресенье я сделала некоторые наброски, но основную часть работы еще предстояло сделать. Вооружившись ноутбуком после бодрящего душа, я прилегла на постель и включила диктофон. Голос Пабло на пленке заставил меня немного улыбнуться. Серьезно. Я до конца не могла понять это парня. Каков он на самом деле? Тот ли это Бустаманте, что проведя со мной одну ночь, окончательно вычеркнул меня из своей жизни. Он так и не вспомнил меня… Именно эта мысль не давала мне покоя. Случайные моменты близости между нами, что стали возможны после того, как я увидела истинное лицо его отца, безусловно были важны. Они заставили меня взглянуть на Пабло с другой стороны. Теперь я видела в нем не только хищника, ловеласа и флиртуна, прожигающего жизнь за папочкин счет. Но все же, открыто верить всем поступкам и намерениям Бустаманте, я не могла. Я все еще сомневалась в нем. Мне очень хотелось верить, что сегодня Пабло протянул мне руку помощи просто так, не желая получить ничего взамен, и не испытывая корыстных мотивов. Но опять же, этот парень уже один раз растоптал мое «я», могла ли я после этого на него положиться? Это мне и предстояло узнать…
