— Ты не боишься, что снова дойдет до поцелуя?
— И не мечтай, Пабло. У меня все под контролем. Я скидываю рюкзак на ступеньки и выдыхаю, как бы готовясь к необратимому. — Давай!
— Здесь?
— Давай, же, Бустаманте!
Он откашливается и осматривается по сторонам, а потом берет меня за руку и тянет на себя. Его тело пригвождает меня к зданию общежития и вот, я полностью нахожусь в ловушке рук Пабло. Ну ничего, я держусь.
— Главное, дать почувствовать девушке, что она уникальная. Особенная как снежинка, — Пабло говорит все медленно и с расстановкой. Его голос на грани шепота. — Для меня нет ничего важнее, чем просыпаясь утром, видеть твою улыбку на лице.
— Это и все? — я открываю глаза. — Минутка обольщения окончена? Спасибо, за проделанную работу, но на меня это как-то все не действует. Поупражняйся еще, Бустаманте. Я уже собираюсь уйти, как Пабло возвращает мое тело на место и вжимается всем своим весом. Меня тут же охватывает паника, а все тело вытягивается как струна.
— Задержись еще на минутку, — он не отрываясь, от меня взглядом, убирает выбившейся локон из моего хвоста и бережно укладывает его за ухо. — Знаешь, что я чувствую, когда ты рядом? Он берет мою ладонь и кладет на свое сердце. — Слышишь, тук-тук? Тук-тук? Пока я только сам наслаждаюсь, но когда-нибудь и ты сможешь. Я уверен, — он шепчет мне в ухо, посылая теплое дыхание и лёгкую улыбку. От его близости по всему телу бегут тысячи мурашек.
— А когда я вижу твои глаза так близко, — вот здесь, — он запускает свою руку под мою футболку и нежно трогает область пупка, — здесь, появляется тепло и медленно разливается по всему телу.
Только что я все держала под контролем, а теперь уже полностью во власти Бустаманте, словно на сеансе гипноза. Видя тебя перед глазами в каждой из проходящих мимо девушек, я вспоминаю эти строки:
Ее глаза на звезды не похожи,
Нельзя уста кораллами назвать, — он проводит пальцем по губам, намеренно цепляя нижнюю и оттягивая ее.
Не белоснежна плеч открытых кожа,
И проволокою вьется прядь.
С дамасской розой, алой или белой,
Нельзя сравнить оттенок этих щек,— пальцы Пабло перемещаются на мои скулы, и его прикосновения отзываются во мне приятным теплом. Все в точности, как он описывал минуту назад.
А тело пахнет так, как пахнет тело, — он зарывается носом в мою шею и продолжает нашептывать.
Не как фиалки нежный лепесток.
Ты не найдешь в ней совершенных линий,
Особенного света на лице.
Не знаю я, как шествуют богини,
Но милая ступает по земле.
И все ж, она уступит тем едва ли,
Кого в сравнениях пышных оболгали.
В конце его стихов я уже нахожусь в другом, неведанном мне ранее измерении. С ромашкой в руке, перепрыгивая с облачка на облачко, приближаюсь в раскрытые объятия Бустаманте.
— Гхм-Гхм — открываю глаза и вижу как Пабло с долей усмешки на своем лице наигранно откашливается в кулак.
Я делаю рваные вдохи, отказываясь смотреть на него.
— Что же… — сглатываю образовавшийся в горле ком, — это было весьма поучительно. Я собираюсь уйти на ватных ногах, но мой мозг на данный момент совершенно не функционирует, отказываясь принимать реальную действительность. Тем не менее я продолжаю идти.
— Мариса, — я оборачиваюсь с блаженным лицом, не выражающим никаких эмоций.
— А?
— Общежитие в той стороне, — Пабло указывает в совершенно обратном направлении моего движения, с трудом сдерживая победную улыбку на своем лице.
Я без труда ее замечаю, но сил чтобы ее стереть очередной колкостью совсем не осталось.
— О…думаю, я прогуляюсь еще немного…
Когда я добрался до дома с вечерней тренировки из спортзала, вечеринка была в самом разгаре. Странно, что хаос, творившийся во дворе еще не привлек внимание руководства университета. Кажется, все вокруг вышло из-под контроля. Народ на вечеринке был уже слегка “подшофе”, хотя на часах едва-ли перевалило за девять. Сегодня организаторы сия веселья разорились на диджея. Он расположился за пультом в задней части гостиной, прижав рукой наушник к уху, а другой размахивал, попадая в такт своего бита.
— Эй, Пабло, как тренировка? Фран пытается перекричать музыку и бросает мне пивную банку. Я ловлю ее в воздухе и одним резким движением открываю, проворачивая крышку.
— Сморю сегодня здесь будет жарко. Толпа, что-то сканирующая у бильярдного стола привлекает мое внимание.
— А то! Кстати, тебя спрашивала одна девчонка.
— С красными волосами? — с надеждой, я отрываюсь от своей банки.
— Нет, та была блондинка с третьим размером, — этой информации уже достаточно, что пропустить ее мимо ушей.
— Спустишься к нам? Мы с ребятами собираемся сыграть в приставку.
— Только душ приму, — я поднимаюсь по лестнице на второй этаж и замечаю, то что заставляет всю толпу у бильярдного стола скандировать, давай -давай, в унисон. Наверняка, очередная первокурсница надралась и показывает свое мастерство стриптиза.
