– Конечно. Конечно неверно. – Мой взгляд пробежался по княгине и вернулся к супругу. И если Виталлески пыталась хоть как-то перевести услышанное в шутку, то сан Венте лишь приподнял бровь, придавая лицу бесстрастное выражение.
– К чему оправдания, – он посмотрел прямо в глаза, – ты всегда знала, что к чудовищу не стоит относиться по-человечески.
– Грег! – Княгиня заломила руки.
– Все правильно, Милада, все так, как должно быть. Фил, будь добр, открой ритуальный зал.
Я смотрела на суровое графское лицо и старалась остаться равнодушной, хотя, видят боги, как тяжело это давалось! Сан Венте в очередной раз ткнул меня носом в ошибки, как глупого котенка. Словно напоминал: не верь, Эрина, не ведись на добрые слова, будь всегда готова к худшему.
Но он не знал, как это утомительно. Как отвратительно ждать беды из каждого темного угла, как бессмысленно бояться собственной тени.
– Занятный у вас был разговор. – Я посмотрела на супруга и улыбнулась.
Конечно, он ничего не понял, но для меня это казалось достижением.
– Ты не должна была здесь находиться.
– Почему? Наоборот, если разговор касается меня, то лучше слышать, чем оставаться в неведении, – улыбнулась я еще шире. – Значит, в башне нет никакой Кассандры? Чудно! А ведь так все натурально выглядело… И благодарить за это представление надо госпожу Виталлески? – Я повернулась к княгине. – Давно не была в театре. Так мило, что вы решили скрасить мой досуг спектаклем. А какие актеры великолепные! Филин настоящий талант, – кивнула в сторону чародея. – Да и мой горячо нелюбимый супруг тоже удивил. Хотя чему тут удивляться? Подложные чувства и эмоции давно стали его образом жизни.
– Что ты несешь? – Виталлески нахмурилась. – Грег пытался обезопасить тебя!
– Правда? Неужели от себя самого?
– Ты не знаешь и крохи того, что…
– Милада, хватит! – Сан Венте подошел к сестре и что-то шепнул ей на ухо, мигом успокоив, а потом направился ко мне. – Ты хотела знать, для чего мне столь необходима супруга? Изволь.
– Опять солжешь?
– Нет, на этот раз ты увидишь все собственными глазами.
– Ох, уволь! Кассандру Кляйн я тоже видела собственными глазами, а потом услышала (собственными ушами, позволь заметить), что она давным-давно мертва!
– На этот раз тебе придется поверить. – Он схватил меня за руку.
Я тут же дернулась назад:
– Не смей прикасаться! – прошипела змеей, прекрасно понимая, что толку от этого немного.
Сан Венте сложил руки на груди.
– И не позволишь объяснить?
– Надоело искать оправдания.
В его черных глазах мелькнуло сочувствие.
– Ты говорила, что супруги должны доверять друг другу.
– Я и сейчас так думаю. Другое дело, что у меня к тебе доверия совсем не осталось.
– Как будто раньше было.
– Было, – я вскинула голову, – было! Пусть немного, но я старалась разглядеть в тебе человека, понять твои мотивы, суметь ужиться.
– Ты просто боялась за свою жизнь!
– А разве это плохо?! Любой здравомыслящий человек будет опасаться за свое благополучие!
– Я никогда не желал тебе зла! – Сан Венте схватил меня чуть выше локтя, не позволяя вырваться. – Тебе ничего не угрожало!
– И почему я в это не верю? – горько покачала головой я.
Мы шли в подвал. Именно там, по словам сан Венте, располагался ритуальный зал. Я спиной ощущала тяжелый мужской взгляд, но заставляла себя идти спокойно, распрямив плечи и не задумываясь о том, что может сейчас произойти. Виталлески шла рядом, изредка косясь в мою сторону, но разговаривать не торопилась.
Филин приоткрыл одну из дверей, являя длинный, мрачный коридор.
С каменной кладкой, кое-где заросшей мхом и тусклыми факелами, он выглядел устрашающе. Вообще, коридоры подобной конструкции редко встречались в замках, чаще всего их строили как короткий путь к семейным склепам.
Я нервно передернула плечами от этой мысли и тут же почувствовала мужскую руку между лопаток.
– Его строил еще мой прадед, – прозвучал глухой голос сан Венте. – Обычный коридор, просто немного древний.
Надо же… он старался меня успокоить. Я ускорила шаг, чтобы прервать прикосновение, но ладонь супруга так настойчиво прилипла к позвоночнику, что сколько бы ни пыталась оторваться, так и не получилось.
Рядом тихонько хмыкнула Виталлески, но, встретившись со мной взглядом, тут же отвернулась.
Сам ритуальный зал представлял собой довольно мрачное помещение. Темные стены, серый каменный пол и узкое горизонтальное оконце под самым потолком, в это время года запорошенное снегом. Я мимоходом отметила четыре кресла с высокой спинкой по углам и огромный плоский камень посередине. На таких приносят жертву во славу рода.
– Ни один сан Венте не приносил кровавых жертв, тебе нечего опасаться, – шепнул супруг и указал на одно из кресел. – Садись.
Я села.
Граф смотрел пристально, в его темных очах отражался огонь факелов, что придавало облику зловещее умиротворение, но я так устала бояться, что совершенно не прореагировала.
– И что теперь? – Голос звучал бесчувственно и холодно.
