– Ты же знаешь, что так просто от меня не отделаться, – напомнила я. – К тому же, разве не лучше, если я буду под твоим наблюдением, а то ещё мало ли что я могу сотворить.
– О, Господи! – простонал он. – Ладно, мне некогда с тобой спорить, надо собираться.
– Я пока уберу остатки пиццы в холодильник. Потом разогреешь.
– Разогреешь?!
«Чёрт! Это я зря ему напомнила».
– Когда мы вернёмся вечером, я погрею её для тебя в духовке. У тебя же есть духовка? – быстро постаралась я исправить положение.
– Духовка-то есть, но даже не думай, что я когда-нибудь ещё пущу тебя в свой дом.
«Это мы ещё посмотрим», – подумала я.
Он щёлкнул выключателем в ванной, но свет и не думал загораться.
– Может, пробки выбило? – тихо предположила я.
Он открыл щиток в коридоре, пощёлкал, но ничего не произошло.
– Видимо, проводка сгорела, – Крис недовольно покосился на меня. – А у меня нет времени ждать электрика. Придётся просить маму.
– Может, пока свечи зажжём? Они у тебя есть?
– Ну, где-то были.
Он порылся в шкафу и извлёк целый пакет.
– Остались от бывшей жены, – пояснил он, видя мой заинтересованный взгляд.
– Ты был женат? – округлила глаза я.
– Это было давно, – мрачно бросил он, явно давая понять, что не стоит развивать эту тему.
Пока он был в душе, я решила навести порядок в его холостяцкой берлоге. Нашла на кухне тряпочку и на этот раз долго её разглядывала, чтобы убедиться, что это просто тряпица, а не дорогой его сердцу сувенир. Начала я свою уборку с книжного шкафа, где, надо признаться, было и так довольно чисто.
И я сосредоточилась на необычной синей вазе, решив, что в её многочисленных изломах должно было скопиться много пыли. И вот, когда я любовно проходилась тряпочкой по каждому изгибу этого произведения искусства, Крис вышел из ванной. И из одежды на нём только маленькое полотенце на бёдрах. И он красив, как римский бог. Из моей груди вырывается вздох восхищения, руки разжимаются… и ваза разлетается на тысячу малюсеньких осколков. Какое-то время мы смотрим на осколки, потом друг на друга.
– Муранское стекло… Мама подарила, – наконец, констатирует он. – Швабра там.
Он уже даже не кричит. Видимо, осознав всю бессмысленность подобных мероприятий в отношении меня. Спокойно идёт к платяному шкафу за одеждой. А я, чуть не плача, бреду в указанном направлении на поиски веника. Теперь и у меня большие сомнения, что удастся ещё раз проникнуть в его жилище.
Заметя все следы своего преступления, я тихонечко села на диван, сложив ручки на коленочках. Пожалуй, лучше мне ни к чему не прикасаться в этом доме. Крис хмыкнул, застав меня в этой позе пай-девочки.
– Куда ты дела осколки?
– Выкинула в мусорное ведро, – отрапортовала я.
Он притащил ведро с кухни.
– Сюда? – Крис заглядывал в него с каким-то явно не совсем довольным лицом.
«Господи, да что я опять сделала не так?»
– Смотрю, ты и апельсиновые корки сюда же кинула? – он, сузив глаза, смотрел на меня.
– Ты, между прочим, вообще раскидал их около дивана, – пошла я в атаку на всякий случай.
– У меня просто не было сил. Я бы потом сам убрал. Ты правда не знаешь про раздельный сбор?
И вот тут у меня появилась дилемма. Если скажу, что не знаю, то он опять плохо подумает про мою страну. Скажу, что знаю – значит просто издеваюсь над ним. Я выбрала третий, беспроигрышный вариант. Крупная слеза скатилась по моей щеке.
– Прости, я не хотела, – всхлипнула я.
– Да, ладно, чего ты? – предсказуемо напугался он моих слёз. – Подумаешь, проблема. Выкину в контейнер с неотсортированным.
Я тут же свернула истерику, видя, что он больше не сердится. Пока мы ехали в участок, я рассказала Крису всё, что мне удалось узнать за эти дни. Когда мы зашли в отделение, навстречу нам уже спешил Джованни, подрагивая на ходу.
– Как вы себя чувствуете, комиссар Романо? – заискивающе заглядывал он в глаза начальству.
– Нормально, – нетерпеливо махнул рукой Крис и быстро ввёл подчинённого в курс дела. – Ты нашёл что-нибудь, что бы связывало антиквара с убитым или с кем-нибудь из остальных подозреваемых?
– Нет, – покачал головой инспектор. – Они все с ним не знакомы.
– Обыск ювелирной мастерской тоже не дал результата. Искомые яды там не найдены. Так что ювелира надо отпускать.
Джованни кивнул и собрался бежать выполнять приказ.
– Стой! – крикнул Кристиано так, что бедняга инспектор присел. – Я сам его допрошу и отпущу. А ты пока съезди в ювелирный магазинчик и изыми дубликат кольца Борджиа, который предположительно мерил убийца. И вызови всех подозреваемых на завтра в отделение – будем примерять на них перстень. А ещё проверь по камерам, действительно ли кто-то подходящий под описание приходил в тот день в магазин.
