– Также на подземном этаже размещались клетки с животными и готовились к бою гладиаторы. Затем множество подъёмников доставляли участников боёв на сцену. В ходе раскопок здесь обнаружили бесчисленное количество потайных люков, посредством которых на сцене могли внезапно появиться дикие звери. Также были найдены сложные механизмы, которые помогали поднимать тяжёлые грузы, ведь иногда в шоу участвовали довольно громоздкие представители фауны.
– Какая-то гнетущая аура у этого места, – поёжилась Мэри.
– Не могу не согласиться, – кивнула я. – Вы только представьте, что тут творилось в те далёкие времена. Невероятная какофония звуков: крики животных, стоны запертых в застенках рабов и приговорённых преступников, окрики надсмотрщиков. А уж что за ароматы витали в этих стенах… кровь, пот, звериный помёт. Да, и в Колизее не было туалетов, а публика там была не самая терпеливая… Хорошо, что эти запахи уже выветрились до наших времён.
– А гладиаторами становились только рабы и заключённые? – поинтересовался Павел.
– Не только. Вообще-то это была почётная профессия. Гладиаторы в то время были сродни нынешним селебрити. Частенько на сцену бойцов доставляли на колесницах, и толпа приветствовала их. Это считалось модной профессией, и были даже женщины гладиаторы. Кстати, среди римских правителей присутствовал один – император Коммод, который выходил на сцену в роли гладиатора. Конечно, для него старательно создавали безопасные условия, и всё же риск всегда оставался.
За разговорами мы незаметно покинули подземелье и поднялись на уровень сцены. Нам повезло – сегодня здесь было мало туристов.
– Попытайтесь представить, что происходило на этом месте пару тысячелетий назад. Зал наполнен до краёв разноликой толпой. Отовсюду слышны нетерпеливые выкрики жаждущих крови римских сограждан. И, кстати, хоть сцена и отделена от зала высокой стеной, чтобы обезопасить зрителей, но никто не застрахован. Любого посетителя шоу могут внезапно скинуть на сцену.
– Возмутительное поведение!
Павлуша явно был недоволен.
– O tempora, o mores! О времена, о нравы… Что тут скажешь? – пожала плечами я. – Кроме кричащей толпы Колизей наполнялся и другими оглушающими звуками. Например, от непогоды зрительный зал защищал велариум или попросту тент, который опять же с помощью хитрых приспособлений натягивали несколько тысяч матросов. Вспомните, какие звуки сопровождают флаг, развевающийся на ветру. А теперь представьте себе, с каким грохотом хлопал этот гигантский тент. Но вот внезапно всё стихает, и кажется, что даже велариум уже не так громогласно хлопает, потому что на сцене появляются гладиаторы. И в следующее мгновение толпа взрывается приветственными криками.
– Славься, Цезарь, идущие на смерть приветствуют тебя! – блеснул своими познаниями Павлуша.
– Браво, Павел! – подбодрила я мужчину. – Ave, Caesar, morituri te salutant! Так эта крылатая фраза звучит на латыни. Вот только упоминание о ней встречается лишь у одного историка, потому её повсеместное употребление крайне маловероятно.
– А большой палец вверх в качестве помилования – это тоже миф? – решила уточнить Мэри.
– Палец действительно показывали, но только поднятый вверх палец символизировал обнажённый меч и означал смертный приговор. А вы знали, что на сцене Колизея разворачивались и водные баталии? – поспешила я сменить тему, видя, как вновь при словах о смерти вытягивается лицо Мэри.
Мой манёвр удался. Выражение её лица вмиг сменилось на удивлённое.
– Как же тут могли проходить морские сражения?
– Помните, я вчера рассказывала вам про море, которым захотел обладать полубезумный император Нерон? Так вот, на этом озере с солёной водой он проводил баталии. Причём для интереса ещё и запускал в его воды тюленей, бегемотов и прочую живность. А ещё говорили про чудовище, которое императору привезли из центральной Африки. Это был очень мощный экземпляр, который с лёгкостью мог заглотить крупных животных типа слона или носорога, а на людей производил паралитическое действие и был способен одним своим взглядом свести с ума.
– О! Знаю я ещё один такой экземпляр, который может сводить с ума одним лишь взглядом, – хохотнул Павлуша, косясь на Мэри, но получив от неё злобный взгляд, мгновенно успокоился.
– Так вот, – продолжила я, – Нерон приручил неизвестное дотоле существо, задабривая его человеческими жертвами. А после смерти правителя озеро засыпали, и на его месте был воздвигнут Колизей. Поговаривали, что монстр ушёл жить в подземное море. Но ему по-прежнему необходимы были человеческие жертвы. Ведь если он не получит свою порцию мяса, то может подняться за ней на поверхность. Во время торжеств по поводу открытия Колизея, которые, как вы помните, длились сто дней, служители не успевали вывозить трупы гладиаторов и животных, погибших в боях. А тел накопилось несколько тысяч. И тогда их начали сбрасывать в глубокие колодцы, которые вели прямиком к «морю, не знающему солнечного света», таким образом продолжая подкармливать монстра.
