Ходят слухи, что с тех пор во все времена были люди, посвящённые в тайну этого чудища, в чьи обязанности входило приносить ему человеческие жертвы, дабы избежать его появления на поверхности.
– Но ведь это чудовище уже, наверное, давно сдохло? – нервно озираясь, уточнила Мэри.
– Местные утверждают, что оно и поныне там, – сообщила я, понизив голос, но увидев ужас на лице бедной девушки, сразу пожалела о сказанном и поспешила продолжить рассказ:
– Но я отвлеклась. Вы спрашивали, откуда бралась вода для сражений. Так вот, для наумахии, или морского боя, вода из подземного моря поднималась по трубам и затапливала сцену амфитеатра. Подобные сражения вызывали неподдельный интерес у зрителей, но проводились они не часто и лишь в самом начале существования Колизея. После постройки гипогея затопление сцены стало невозможным.
– Давайте уже заканчивать, – попросила Мэри, которая, похоже, так и не отошла после рассказа о чудовище Нерона. – Мне здесь как-то неуютно.
– Я вас понимаю, – кивнула я. – Это место, действительно пропитано кровью. За четыреста лет боёв здесь погибло около полумиллиона гладиаторов и почти миллион диких зверей. Некоторые виды животных, кстати, из-за такого истребления оказались на грани вымирания. Предлагаю напоследок взглянуть на город с верхнего яруса.
Мэри кивнула, и я продолжила рассказ, пока мы поднимались:
– С приходом христианства и падением Римской империи сражения в этом древнем амфитеатре сошли на нет. Великий Колизей начал разрушаться, чему поспособствовали и жители Рима, растаскивающие его по камешкам. В некогда величественном памятнике истории в одно время хранили овощи, потом располагалась суконная фабрика, мусорная свалка, каменоломня, ремесленные мастерские, торговые лавки и даже феодальный замок. И вот блистательный Колизей, который во времена своего расцвета был облицован мрамором, а в элегантных арках которого красовались белоснежные статуи, мог исчезнуть с лица земли.
Нам повезло, что этого не произошло и мы и сегодня можем наблюдать великолепие этого амфитеатра, признанного одним из семи новых чудес света и ставшего памятником Всемирного наследия Юнеско. Во все времена Колизей рассматривали как символ величия Рима. И есть такое древнее изречение: "Пока стоит Колизей, будет стоять Рим, но если падет Колизей, падет и Рим, а если падет Рим, падет весь мир". Нам с вами остаётся только надеяться, что простоит он ещё достаточно долго.
Мы поднялись на самый верх и замерли, засмотревшись на открывающийся вид. Великий Рим, внезапно присмиревший, лежал у наших ног. Сюда не доносился шум машин и гул голосов многочисленных туристов, снующих внизу. Строго-классические очертания привычных достопримечательностей смягчили предзакатные сумерки, что лишь добавило Вечному городу мистической красоты. Мы тихо стояли, думая каждый о своём, и лишь слабый ветерок дышал нам в лица терпкой свежестью.
– Вы видели вечернюю подсветку Колизея? – решилась я разрушить красоту момента.
Мои слушатели синхронно кивнули, не отрывая глаз от панорамы города.
– В наши времена из этого наводящего ужас амфитеатра, где было совершенно столько кровавых убийств сделали некий символ борьбы за жизнь. Каждый раз, когда где-то в мире отменяют смертную казнь, цвет подсветки Колизея меняется. Так что скоро, будем надеяться, атмосфера внутри его стен изменится к лучшему, – подмигнула я Мэри.
Мы спустились вниз и тепло попрощались с ребятами. Они клятвенно заверили меня, что в ближайшее время запланируют ещё один визит в Рим и непременно закажут тур у меня.
Я сама не заметила, как после расставания с Павлом и Мэри очутилась на вчерашней смотровой площадке. Тут снова было немноголюдно, и я беспрепятственно смогла осмотреть место преступления. Защитные ограждения уже сняли. Видимо, свыше дали команду работать оперативно, чтобы в центре Рима ничего не напоминало о трагедии. Не знаю, что я хотела тут найти. Ведь ясно же, что эксперты осмотрели каждый дюйм. Бесцельно побродив по скверу, я отправилась в отделение. Мне не терпелось узнать новости. Да и Криса хотелось увидеть, чего уж там.
– Зачем пришла? – хрипло поинтересовался Кристиано, устало откинувшись на кресле.
– Что с голосом? – поинтересовалась я. – Опять орал на кого-то и сорвал?
– Угадала, – невесело усмехнулся он. – Эти эксперты совсем оборзели. Столько времени прошло, а они причину смерти не могли определить. Пришлось немного покричать.
– Помогло?
– Да, это всегда срабатывает. После взбучки они мигом сообщили, что Марко был отравлен. Теперь осталось из них вытрясти, каким ядом и как.
– Может, я смогу помочь? – с готовностью предложила я.
– Да чем ты можешь помочь? Я сейчас немного их попинаю и домой поеду. Чего-то мне совсем хреново.
– Выздоравливай! – искренне пожелала ему я и нехотя покинула кабинет.
