Он вел мальчика к этому стулу. Ребенок, не сопротивляясь, шел, пачкая босые ноги. И только когда грязная челка была убрана со вспотевшего лба, я узнала в этом бедном мальчике своего брата. Его рот был немного приоткрыт, он еле как делал свои вдохи.
— Прошу, не трогай его! — попыталась сдвинуться, но мои ноги начали все больше погружаться в болотную трясину.
— Обещание надо сдерживать, — противно, с упреком произнёс он, после чего прямо около стула я увидела уже мертвых родителей.
Я рухнула на колени, и мои руки тоже попали в плен болота. Истеричные всхлипы забавляли убийцу. Как же можно быть таким подонком?
— Зачем? Неужели тебе это нравится? — спросила я, надеясь узнать хоть что-то перед своей смертью.
— Я обещал тебе, что убью твою семью. А я слово держу, в отличие от тебя. Не надо было нежиться в постели той ночью. Думала, что я не доберусь до вас?
— Я не думала, что ты такой…
— Прости, но я сказал — я сделал. Обещания надо сдерживать.
Глава 7
Я с ужасом открыла глаза и чуть не упала с кровати. Мое сердце стучало, как сумасшедшее, а легкие болезненно сжимались. Как я могла уснуть?
Откидываю прочь одеяло и пытаюсь встать на ноги, но колени слишком сильно дрожат: сон испугал меня. Вытираю возникший на лбу пот и пытаюсь прийти в нормальное состояние. Когда я все-таки отхожу от кошмара, я беру в руки фонарь, включаю его и плетусь к шкафу, чтобы надеть штаны и толстовку. Мне просто необходимо максимально закрыть свое тело, чтобы избежать лишних повреждений.
Радует одно: этот сон пробудил меня, и теперь я иду выполнять свое обещание. Боюсь, что если бы не кошмар, я бы продолжила нежиться в своей постели, разозлив тёмного.
Я набираюсь смелости и открываю окно. Так странно видеть только то, что освещает фонарь: полный мрак и светлый круг. Долго осматриваю местность и прихожу к выводу: никого нет. И как я найду моего неизвестного тёмного?
Не знаю, откуда во мне столько смелости, но я спокойно выпрыгиваю из окна и замираю на месте, чтобы убедиться, что никто рядом со мной не шевелится. Светлых точно нет, все сейчас спрятались в своих комнатах, а окна закрыли плотной шторой. А вот тёмные… Они слишком тихие, я уже это поняла. И от этого даже мои пальцы на ногах стали неметь.
Стараюсь не думать о том, что я, как самая ужасная дочь, сбегаю из дома ночью. Если родители узнают, что я вытворяю, они заколотят окно. Пожизненное наказание мне не нужно.
Чувство стыда начинает давить на виски. «Как ты можешь так поступать, Аврора? Разве так должны жить порядочные люди?» — твердит мой внутренний голос. Но не я же придумала клятвы, которые необходимо сдерживать! Я скоро взорвусь от непрекращающегося потока противоречивых мыслей!
Наконец-таки решаюсь сделать свой первый шаг и сразу наступаю на сухую ветку. Вывод один: я неудачница. И куда я вообще собралась пойти?
— Ну привет, — раздался за спиной низкий голос. От испуга я сразу обернулась и свет от фонаря направила прямо на тело обладателя этого голоса. Он был крупным и весь в черной одежде. Я захотела с помощью круга света изучить его, но через мгновение что-то тяжёлое ударило по моей руке, и пальцы от сильной боли отпустили фонарь, который впоследствии с грохотом упал на землю.
— За что? — пропищала я, хватаясь за бедную руку. Свет попадал на какой-то куст, и я была вынуждена смотреть только на него
— Ты совсем идиотка или прикидываешься? — сомнений не осталось — рядом со мной стоит тот самый парень. Я узнала его голос, и моё тело моментально покрылось мурашками.
— Что я сделала не так?
— Со светом со своим надо быть аккуратной. Ещё один такой косяк, и я прибью тебя, как жалкую мошку, уяснила? — холодный и металлический предмет коснулся моего подбородка, и я незамедлительно кивнула, чтобы не нарваться на ещё большие неприятности. — Так-то лучше, — он убрал этот предмет от моего лица.
— Прости.
— Надо кое-что обсудить, — он пропустил мимо ушей мой жалкий писк и сразу начал говорить о своём, — но мы не можем разговаривать здесь, под окнами твоей квартиры. Поэтому бери в руки свой фонарик и свети себе под ноги, пока я буду говорить, куда идти.
— Хорошо, — я стала медленно тянуться к ручке фонарика. Всем моим телом овладел страх сделать что-то лишнее. Он не будет со мной церемониться, он ясно дал об этом понять. Мне остаётся только дрожать, как жалкой жертве, и делать все то, что он пожелает.
Я повернулась к нему спиной и стала светить себе под ноги.
— Я готова, — прохрипела я.
— Отлично, иди вперед, — к моей спине приставили что-то холодное, из-за этого я застыла на месте.
— А это обязательно? — моя фантазия превратила незнакомый предмет в пистолет. У него наверняка он должен быть.
— Даже мне надо защищаться от такой безмозглой, как ты. И вдруг по дороге встретим другого тёмного, и он захочет тебя убить. Тогда я буду первым и лишу его такой радости, не просто же так я мучился с тобой.
