— Тогда мы точно не можем идти здесь! — я не на шутку перепугалась, хотя еще не пошла по какому-то там мостику. Представляю, что передо мной прогнившая деревяшка, которая с треском упадёт, не выдержав меня.
— Не бойся, я же тут.
— Конечно, это в корне меняет дело. Человек, который спит и видит, как меня прикончить, вдруг беспокоится о моей жизни. Попахивает абсурдом, ты так не думаешь?
— Ты сама говорила, что я твои глаза. Ты доверяешь мне. В чем проблема?
— Я боюсь и все. Когда ты не видишь, страхи обостряются.
— Просто иди вперед.
— Нет.
— Тогда пошли обратно.
— Нет, мы должны поговорить.
— Тогда хватит строить из себя трусишку. Мне даже обидно, что не боишься меня, зато боишься какого-то обрыва.
— Ты прав, раз уж тебя не боюсь, — делаю глубокий вдох, затем выдох. Все будет хорошо, он не даст мне упасть. Бояться нечего, Аврора. Ты главное дыши.
Я начинаю медленно идти, ступая предельно аккуратно. Шаги так малы, что это начинает злить человека за моей спиной.
— Мы так и к утру не перейдем, — возмущается он, подталкивает вперед, держа за талию.
— Давай без таких пинков!
Успокаиваю себя, не слушаюсь «темного» и продолжаю двигаться в своем темпе. Сердце глухо стучит в груди, голова заполнена образами скалистого обрыва. Да, я понимаю, что тут все не так страшно, но все же фантазия любит преувеличивать. Я считаю каждый свой шаг, приставляю пятку одной ноги прямо к носочку другой, будто я иду по тоненькому канату, и не придаю значения тому, что тело «темного» прижато ко мне.
— Ты специально так долго идешь, чтобы подольше пообжиматься?
— Что?! Нет, конечно, — теперь еще и мысли о нем пагубно влияют на самообладание.
— У тебя голос так дрожит, будто я под прицелом тебя держу. А тело так вообще лихорадит.
— Я никогда не была смелым человеком. При свете то стараюсь держаться подальше от разных угроз для жизни, а тут я даже оценить опасность не могу. Поэтому так сильно боюсь.
— Да у тебя вообще радар, определяющий угрозу, сломался, вышел из строя.
— Это почему еще?
— Потому что ты все время злишь меня, когда вытворяешь то, что не должна, — его дыхание начинает обжигать кожу правой щеки, и я в еще большем ужасе сглатываю. — Ты не чувствуешь истинной угрозы, зато выдуманной ты боишься.
— Что ты имеешь в виду? — поворачиваю голову в его сторону и понимаю, что наши лица сейчас разделены жалкими миллиметрами. Оба стараемся дышать ровно, но прикладываем для этого неимоверные усилия. Я снова улавливаю его таинственный запах не похожий ни на один, но держу дистанцию. Так странно дышать с ним одним воздухом: после него он особенно сладкий и теплый, хоть и иногда, кажется, что, наоборот, его дыхание может морозными узорами украсить стекло.
— Потому что нет никакого оврага, мы идем по обычной тропе.
— Шутишь?
— Пару секунд назад да, шутил, а сейчас говорю серьёзно. Я просто снова проверил степень твоей доверчивости.
— Ты получаешь удовольствие от того, что издеваешься надо мной? И чему мне верить? Вдруг ты сейчас врёшь, чтобы я быстрым шагом пошла. Так дело не пойдёт, мы продолжим шагать в прежнем темпе.
Последние слова хоть и должны были звучать уверенно, нотки волнения и страха всё равно протиснулись в мою фразу. Было бы лучше мне попросить прощения за то, что я позволила себе немного покомандовать, но вместо отчётливых слов из моих уст вылетел крик: «тёмный» приподнял меня и поставил лишь тогда, когда я оказалась явно не на нашем «мостике».
— Ты что делаешь?! — цепляюсь за него, стараюсь вновь оторвать ноги от земли.
— Лишь показываю тебе, что тут кругом равнина. Ты стоишь сейчас на выдуманном мной овраге.
— Какой ужас! — я со всей своей силой ударила его по плечу, после чего принялась охлаждать горящее лицо холодными ладошками. Пока я была в его руках, мое сердце не билось. Я ведь правда подумала, что он хочет выкинуть меня куда-нибудь. Это доказывает, что я не способна доверять ему полностью, хоть из всех сил стараюсь создать иллюзию полной идиллии.
— Легче стало?
— Да зачем это тебе? Зачем?!
— Передумала со мной разговаривать?
— Нет, конечно, нет! Я просто не понимаю, чего ты хочешь добиться этими тупыми розыгрышами.
— Разве у моих действий должно быть объяснение?
— В нашем мире ничего не бывает просто так.
— У меня бывает.
— Несомненно, — фыркнула я.
— Рад, что ты согласилась.
— Господи, и почему ты… — я хотела сказать пару колких слов, но пришлось сдержать себя. Он явно не одобрит небольшую порцию критики в свой адрес, ещё и соорудит тут настоящий овраг, в который потом кинет меня.
— Так страшно закончить свою фразу?
— Нет, это не страх. Это просто нежелание нарваться на ещё большие неприятности. Поэтому давай просто забудем то, что тут происходило пару минут назад.
— Забывай, раз тебе надо.
— Хорошо, что ж, мы можем идти?
— Конечно.
— Тогда пошли, — одной рукой я вцепилась в его одежду, и мы пошли дальше, снова погружаясь в тишину.
