— Звёздочка! — Громкий крик Кэльдара болью отдался в ушах, и девушка вздрогнула, поморщившись, а после заметила, как строго Моргомир взглянул на эльфа. — Что с ней? Она что, была… тут?
Арименэль кивнула, но после собралась с духом и взглянула встревоженно на брата. К счастью, серьёзно тот ранен не был, и уже только это вселяло в душу слабую радость, но не было сил даже обнять Кэльдара и подошедшего Мэлнилитона. Эльфийка безумно этого хотела, но понимала, что не сможет потом ничего сделать. И эта мысль больно резала душу — раньше ведь силы всегда находились, а сейчас… Лишь бы не рухнуть, испугав Моргомира и других, без того страшно волновавшихся.
Те обступили её, не решаясь подойти близко, смотря так, будто Арименэль сейчас исчезнет. Эльфы, стоявшие позади, перешёптывались, обеспокоенно глядя на эллет. Лаурелинмэ, усталая и очень бледная, подошла к Моргомиру, и тот обнял её. Эльдиэ перевела взгляд на Арименэль.
— С тобой всё хорошо? — Сколько раз эльфийка уже слышала это сегодня. Но, не желая волновать других, она вновь сказала, изнемождённо улыбаясь:
— Да, со мной всё в порядке, — девушка видела, как Лаурелинмэ устало улыбнулась в ответ, но эльдиэ всё время почему-то держалась одной рукой за окровавленную другую. — А ты что, ранена?
— Пустяки, — небрежно ответила эльдиэ, ловя на себе встревоженные взгляды, — всего лишь царапина.
— Лаурелинмэ, тебе лучше отправиться к целителям, вдруг клинок был отравлен, — обратился Моргомир с беспокойством к нолдиэ, и Арименэль мысленно согласилась с ним, вспомнив, что орочьи клинки бывают отравлены. — И тебе, звёздочка, — почти строго проговорил полуэльф, смотря на эллет, и эльфийка невольно улыбнулась, подумав, что любимый обращается к ней, как к маленькому ребёнку. Но было так… так… приятно, что ли.
— Арименэль, ты меня постоянно пугаешь, — проворчал между тем Кэльдар, с тревогой оглядывая сестру. — И Мэлнилитон тоже хорош. Вот доведёте вы меня однажды, и Средиземье узнает, как выглядит седой эльф.
— Кэльдар, хоть ты и мой с Арименэль старший брат, но всё-таки и ты заставляешь нас часто волноваться. — Мэлнилитон возмущённо сложил руки на груди. — Как хорошо, что наши родители не знают, что ты сегодня вечно лезешь в сражения. Впрочем, как и я, — нехотя признал он, пока остальные эльдар улыбались, — да и сестрёнка тоже… Похоже, это семейное. Привыкай, Моргомир.
— А мне и привыкать не надо, — полуэльф чуть усмехнулся, приобнимая Арименэль. — И хоть звёздочка действительно слишком часто подвергает себя опасности, я недостатков не вижу.
— Вот она, любовь, — закатил глаза Мэлнилитон и загробным голосом произнёс. — Всё, Моргомир, ты пропал.
— Давно уже пропал и не жалею об этом совершенно, — невозмутимо ответил полуэльф, но потом посерьёзнел. — Пора идти.
Арименэль даже улыбалась, пока слушала разговоры других, и чувствовала, как усталость исчезает, уступая место теплу и свету, словно наполняющим душу и сердце. Но девушка знала: это ненадолго, в скором времени снова пропадут силы.
Арлот с Амалором устало брели позади, и остальные кони тоже медленно шли за ними. Сейчас — после битвы — все были утомлены. У Арименэль снова поплыло перед глазами, и идущих неподалёку Гэндальфа с Элладаном и Элрохиром, Арагорна, Леголаса и Гимли она видела точно в тумане. Как и призраков из Димхольда, начавшим медленно исчезать, когда Эстель что-то сказал им.
— О, сколько здесь остроухих! — Гимли обернулся и смерил эльдар недовольным взглядом. — Леголас, не твои ли родственники?
— Гимли, что ты говоришь! — возмутился лихолесский принц, а потом виновато улыбнулся растерявшимся эльфам. — Он не со зла, простите его.
— Не порть мою репутацию, — как-то смущённо отозвался гном и легонько толкнул друга, заставляя замолчать. — Я вас, эльфов, терпеть не могу, — тут он попытался состроить свирепый вид, но видя улыбку Арименэль и слыша смех эльдар, прекратил это делать. — Эх, Леголас, зачем ты это сказал, они мне теперь не верят! — послышался тяжёлый вздох. — И правильно делают.
Эллет тихонько засмеялась, а остальные эльфы уже и не скрывали смеха. Гимли некоторое время обиженно смотрел на Леголаса, но потом перевёл взгляд на эльдар. Лихолесский принц и Арагорн тем временем поздоровались с Кэльдаром, Мэлнилитоном и другими эльфами, кивнули Лаурелинмэ и взглянули на Арименэль, узнав её. Гимли тоже девушку помнил.
— Смотрите-ка! Кого я вижу! Арименэль! Помню я тебя, славно мы тогда у Андуина сражались. И сейчас, гляжу, ты славно постаралась, — гном окинул засмущавшуюся эльфийку одобрительным взглядом. — Что, нашла своего Моргомира?
— Нашла, — тихо произнесла Арименэль, опустив голову. Она не видела, как Арагорн с Леголасом посмотрели на Моргомира, не слышала, что сказали ему.
Почему-то стало труднее дышать, голова закружилась, что-то сдавило горло, и эллет судорожно ухватилась за руку любимого, словно ощущая пустоту под ногами. А потом — лишь мелькнуло перед глазами небо и поглотила жуткая темнота.
***
