Донна присела у большого деревянного стола, не зная, о чем говорить. Сидящий напротив мужчина был для нее совершенно незнакомым человеком. Их единственная встреча была короткой и весьма драматичной — тут и ядовитая змея, и неожиданное появление героя, и выстрелы… В довершение ко всему само ее присутствие в этом доме было связано с обманом, который она не могла раскрыть, не нарушив слово, данное Дженни, единственному человеку на тысячи километров в округе, с которым она успела более или менее пообщаться. Поэтому, чуть помолчав, Донна решила затронуть отвлеченную тему.
— Как самочувствие того пострадавшего? — спросила она.
— Вполне сносное, — отозвался Питер. — Когда мы туда добрались, уже начинало темнеть, и снова взлетать в таких условиях было опасно. Так что прошедшая ночь для того парня была нелегкой. У него оказался серьезный перелом ноги. Мы постарались ему помочь, чем могли, а потом, едва рассвело, поднялись в воздух и взяли курс на Дарвин.
— Неужели ближайшая больница только там? Это довольно далеко.
— До Кэтрин, конечно, ближе, — слегка помрачнев, проговорил Питер. — Но Дарвин крупнее, и с серьезными случаями лучше лететь туда.
Донна была готова наградить саму себя подзатыльником. Ведь Дженни рассказала ей, что жена Питера умерла как раз из-за того, что ее не смогли вовремя доставить в Дарвин. Донна снова посмотрела на Питера — тот сидел с напряженным лицом, уставившись взглядом в свою кружку. Должно быть, этот полет с травмированным скотоводом разворошил в нем тяжелые воспоминания.
— Так эту ночь вы провели в Дарвине? — спросила она, чтобы отвлечь его от невеселых мыслей.
— Нет. Мы прихватили кое-какие припасы, раз уж оказались в городе, и полетели обратно. А заночевали уже в Ричмонде, то есть на ферме наших соседей.
— В Ричмонде? — улыбнулась Донна. — Точно так же называется город у нас в Йоркшире, неподалеку от того места, где я выросла.
— Думаю, эти два Ричмонда сильно отличаются друг от друга. Соседские владения охватывают около двух сотен квадратных километров. А ваш Ричмонд какой?
— Наш Ричмонд зеленый, — чуть ли не с нежностью произнесла Донна. — В нем есть старинный замок, которому почти тысяча лет. А еще — руины аббатства.
Питер взглянул на Донну и, встретившись с ней глазами, тоже улыбнулся, что сразу же придало ему моложавый вид.
— Так получилось, что мне пришлось вас покинуть, едва вы здесь появились, — словно извиняясь, проговорил он. — Но в наших краях иначе нельзя. Когда кто-то запрашивает помощь, нужно все бросать и лететь.
— Да, конечно, я понимаю, — заверила она.
— Буду с вами честен… — Улыбка Питера померкла. — Меня беспокоит, что вы не сможете долго выдержать в наших краях. Они сильно отличаются от Англии, и вам здесь, вероятно, не очень-то понравится.
Сейчас был как раз подходящий момент для того, чтобы все ему рассказать, и от этого удерживало лишь данное Дженни обещание. Однако Донна понимала, что с каждой минутой обман становился все более непростительным.
— Признаться, я был несколько удивлен, услышав ваш британский акцент, — продолжил Питер.
— Но ведь в своих посланиях по е-мейлу я упоминала, что прилетела в Австралию из Англии.
— Правда?.. Наверное, Дженни позабыла мне об этом сказать.
— Пока вас не было, она и дети провели тут для меня небольшую экскурсию, — проговорила Донна. — Вообще у вас очень красиво. Изумительные места!
Некоторое время Питер не сводил с нее задумчивого взгляда, но прежде чем успел что-то сказать, на кухне появился Кен.
— Дженни нездоровится, — сообщил он.
— Надеюсь, это не очень серьезно? — На лице Питера отразилась тревога.
— Да нет, думаю, скоро она будет в полном порядке, — успокоил Кен. — Но сегодня я хочу побыть рядом с ней.
— Правильно. У меня как раз есть одна идея. — Питер снова улыбнулся Донне. — Пусть Кен остается присматривать за Дженни и детьми, а я тем временем проведу для вас еще одну экскурсию. Если вы намерены у нас задержаться, то вам следует знать, как вести себя в наших краях.
Мелкие морщинки в уголках его карих глаз свидетельствовали о том, что он много времени проводит на солнце. А также о том, что часто улыбается. И они в какой-то мере служили противовесом тем морщинам, которые прочертила на его лбу многолетняя скорбь.
— Это было бы неплохо, — согласилась Донна.
Покончив с завтраком, они вдвоем вышли из дома. Однако успели сделать лишь несколько шагов по двору, когда Питер внезапно остановился.
— Но вы ведь без шляпы, — заметил он.
— Ну да. У меня ее просто нет.
— Подождите тут.
Вернувшись в дом, Питер зашел в помещение, приспособленное под прачечную. Здесь имелись кое-какие шляпы, из которых можно было выбрать что-то подходящее. И в одном из шкафов он обнаружил коричневую акубру женского фасона — по виду почти новую. Питер нахмурился: до этого он ее вроде бы не замечал. Вряд ли она могла принадлежать Дженни. И уж конечно, в доме давным-давно не было ни одной шляпы их матери. Может, она осталась после Карен? Однако, он не припоминал, чтобы покойная жена когда-либо носила подобную.
