Он, казалось бы, понимающе кивает, засовывая руки в карманы брюк, и неопределенно пожимает плечами.
— Тем не менее, я не прощу себе, если ты вдобавок ко всему простудишься.
Недоверчиво кошусь на него.
— Серьезно? Хотите сказать, что вас заели муки совести?
— А что тебя удивляет? Я признал, что поступил жестоко по отношению к тебе. И да, я не такой бесчувственный, как может показаться на первый взгляд.
— Однако отпускать меня вы всё еще не планируете?
— Пока не планирую, но мне действительно жаль, что наше знакомство началось не совсем правильно. Поэтому позволь мне реабилитироваться и показать, что я не так плох, как ты обо мне думаешь.
— Зачем вам это? — интересуюсь, переминаясь с ноги на ногу.
— Потому что для меня это важно, Оля.
Табун предательских мурашек проносится диким галопом по телу. От интонации его тихого хриплого голоса и того, как интимно он произносит мое имя, щеки начинают гореть, наверняка наливаясь красками, словно спелый помидор.
— Важно что? Чтоб я вас простила? Поняла? Или быть может, посочувствовала? Не хочу вас расстраивать, но мне абсолютно наплевать, что вы там чувствуете и чувствуете ли вообще. Поэтому, вам не ко мне. Я не батюшка, отпустить ваши грехи не могу, да и не хочу.
По мере того, как из моих губ сыплется саркастичный яд, его глаза оценивающе сужаются, а на губах появляется едва различимая ухмылка.
— А теперь я все-таки поднимусь в свою комнату.
Разворачиваюсь и, стараясь держать голову прямо, двигаюсь вон из кухни, подальше от него и его взгляда.
— В таком случае, я принесу тебе горячий чай в спальню, — слышу насмешливый голос позади.
Замираю посреди холла, прикрыв глаза. Ох, да что на него нашло? Что он прицепился с этим горячим чаем?
— Где у вас гостиная? — спрашиваю не оборачиваясь. — Я, пожалуй, выпью чашечку.
— Прямо перед тобой, — отвечает с явным весельем в голосе.
М-м-м… Да чтоб тебя ежики покусали, весельчак хренов.
Стараясь четко контролировать каждый шаг, направляюсь в указанном направлении. Переступаю порог гостиной и на миг замираю, разглядывая большую, погруженную в полумрак комнату.
Посреди гостиной стоит огромный белый диван с множеством маленьких подушек. Перед ним на коротких ножках располагается низкий дубовый столик, на полу — мягкий ковер с абстрактным коричневым рисунком. Но в какой-то детский восторг меня приводит настоящий открытый камин, выложенный камнем под цвет ковра. Слух приятно щекочет задорное потрескивание дров, а по стенам то и дело гуляют причудливые блики, отбрасываемые жарким огнем. Недалеко от камина располагаются два глубоких полукруглых кресла, отливающих белизной в свете огня.
Неожиданно для себя понимаю, что просторная комната ассоциируется с домашним теплом и уютом. Как будто бы я очутилась в далеком детстве в деревне у бабушки на летних каникулах. Не знаю, то ли едва уловимый аромат дыма и дерева, витающие в пространстве, навеивают теплые воспоминания. То ли книжные стеллажи из темного дерева расположенные вдоль всей стены и доверху заставленные книгами. Очень похожие на те, которые мастерил дедушка своими руками. Справа же стену занимает огромное панорамное окно, открывающее прекрасный вид на сад и бассейн.
Прохожу вглубь комнаты и осторожно сажусь в кресло напротив камина, завороженно наблюдая за языками пламени. Барабанящий дождь за окном и полумрак гостиной погружают меня в некий транс, даря умиротворение и такой необходимый душевный покой.
Скинув тапочки, подгибаю под себя озябшие ноги, укутывая их пледом. Кидаю взгляд на книжные полки. Кажется, я знаю, чем буду заниматься вечерами у себя в комнате. Чтение определенно поможет скоротать время и занять мысли, которые с недавних пор сводят с ума.
От размышлений отвлекает вошедший с серебристым подносом в руках Макар. Краем глаза подмечаю расстегнутую на пару пуговиц белоснежную рубашку, из-под которой виднеется загорелая мужская грудь с редкой порослью темных волос; закатанные на мощных предплечьях рукава. Поставив поднос, доверху наполненный всякими сладостями, на столик между креслами, протягивает мне чашку с ароматным травяным напитком. Затем садится в соседнее кресло, расслабленно вытянув длинные ноги. Поймав на себе его взгляд, отпиваю чай, досадуя, что мужчина, скорее всего, улавливает нотки интереса в моем взгляде.
Почему-то именно сейчас я понимаю, что человек, сидящий рядом действительно красив. В нем явно ощущается некая дикая, первобытная, чисто мужская энергетика. Разворот плеч, осанка, мощная фигура, цепкий взгляд темных глаз, чувственные губы, волевой подбородок, я уверена, не раз привлекали женский пол. Встреться мы при других обстоятельствах, возможно, и мое сердечко екнуло бы, обрати он на меня внимание. Но, как говорится, из песни слов не выкинешь. Как оказалось, внешность обманчива. Да и взгляд у него порой страшный такой, давящий.
Вот как сейчас, например.
— Ты меня боишься, Оля?
