Накупавшись вдоволь, осторожно выхожу из ванны и кутаюсь в большое банное полотенце. На голове сооружаю тюрбан, замотав мокрые волосы. Войдя в спальню, вижу Нину Николаевну, с азартом рассматривающую ворох пакетов на столе.
— Оля, посмотри, сколько вещей привезли.
— Кому? — хмурюсь и подхожу ближе.
— Тебе. Кому же еще?
Залезаю в первый попавшийся пакет и вижу мягкое свободное платье цвета слоновой кости длиной чуть выше колен. Заглядываю в следующий и верчу в руках пару хлопковых свободных шорт, трусики и футболки. Почему-то сам факт их наличия безумно расстраивает. Нет, я понимаю, что ходить мне в чем-то нужно, но это также означает, что мне действительно придется провести здесь некоторое время.
Грустные размышления прерывает стайка птичек, весело чирикающих на широком карнизе за окном. Ласково светит солнце, на чистом голубом небе нет ни облачка. Разрешат ли мне выходить на улицу и дышать свежим воздухом?
— Так, давай полечим тебя и пойдем завтракать, — командует Нина Николаевна, перебирая тюбики с мазями.
— А мы можем позавтракать на улице? Я из окна видела стол на веранде, — пользуясь моментом и отсутствием хозяина дома, интересуюсь я.
— Конечно, можем, — с уверенностью заявляет женщина, внимательно разглядывая мое тело, стоит мне сбросить полотенце. — Это будет даже очень замечательно, свежий воздух еще никому не вредил.
— А Макар не будет против? Я вроде как подневольная, — грустно фыркаю.
— Милочка, ты должна вести себя как гостья в этом доме, но точно не как пленница. Да и к тому же у него такая охранная система, что и мышь не проскочит, это я тебе так, на всякий случай говорю, если надумаешь бежать.
Усердно намазывая меня, как бы невзначай продолжает:
— Можешь, конечно, попробовать, но я слабых мест не знаю. Да и не окрепла ты еще.
Все-таки удивительная женщина, вроде и предана Макару, видно, что любит его, а вроде так и хочет ему маленькую свинку подложить…
Наконец, удовлетворенно кивнув, Нина Николаевна перетягивает меня бандажом. Роюсь в пакетах, беру первое попавшееся платье и иду в ванную комнату, переодеваться.
Закончив, смотрю на себя в зеркало. Вот сейчас я вновь хоть немного похожа на себя. Правда, всё еще немного бледная и с небольшим желтым синяком на скуле, но хотя бы в нормальной одежде. Платье свободно сидит по фигуре. Мягкая ткань приятно касается тела. Длинные рукава и круглая горловина, как раз то, что нужно, чтобы не привлекать излишнего внимания. Коротковато, как по мне, чуть ниже середины бедра, но выглядит всё довольно скромно. Сушу волосы полотенцем и выхожу обратно в спальню.
— Красавица, — констатирует Нина Николаевна.
— Мне бы расческу для полного счастья, тогда была бы еще и неописуемая.
Она прыскает, поднимается и выходит в коридор, вернувшись спустя пару минут, протягивает мне небольшой пакетик. Развернув его, вижу маленькую круглую складную расческу и несколько упакованных резинок для волос.
— Я предполагала, что о такой мелочи как расческа Макар не додумается.
— Спасибо, — тепло улыбаюсь женщине и подхожу к зеркалу.
Расчесав спутанные, слегка влажные волосы, заплетаю их в косу.
Выходим в коридор, и я уже хочу направиться вниз по лестнице, но Нина Николаевна удерживает меня за руку, потянув в противоположную сторону.
— Пойдем, выберем тебе комнату, — и бредет по коридору, не дожидаясь меня.
— Меня устроит любая, которая подальше от его спальни и на которой есть замок.
Нина Николаевна громко хмыкает, недовольно ведя плечами.
— Все-таки приставал, засранец.
Останавливаемся на комнате через три двери от его спальни. Небольшая и уютная, выполнена в бежевых и белых тонах. Справа в нише стоит двуспальная кровать, напротив входной двери — большое окно с невесомым кремовым тюлем и тяжелыми светло-коричневыми шторами, слева высокий комод, над ним на стене висит плоский телевизор, а на полу стоит низкое мягкое кресло. Еще одна дверь ведет в ванную комнату. И, что играет крайне важную роль в выборе, там именно ванна, потому что в предыдущих двух был только душ.
В душе тихо плещется радость. Личное пространство в моем случае очень много стоит.
Пока спускаемся вниз, Нина Николаевна раздает указания охране: что нужно сделать, куда переложить и отнести. Лестница пока дается мне с трудом, на каждой ступеньке слегка простреливает в пояснице и бедре. Наконец, осилив последнюю ступеньку, приваливаюсь к перилам на пару мгновений, давая себе возможность передохнуть.
Может, тороплюсь я с прогулками на свежем воздухе? Хотя одна я пока на это и не решилась бы. Нина Николаевна для меня сейчас как гарант неприкосновенности, а как только она уйдет, я закроюсь в комнате и буду сидеть там тихо, словно мышь под веником.
