Наверное, сильно Аню допек патлатый, мне-то льстит такое послушание, но зная какой она бывает бунтаркой, теряюсь в догадках. Я не раз сталкивался в студенческие годы и после с подставами на почве конкуренции, успел ли он ей повредить вот в чем вопрос.
Если что, кулак все также чешется…
– А теперь быстро выкладывай, чего он терся сзади? – лучше узнаю, пока руки заняты ванильной ношей. Надо будет попросить, чтобы не меняла шампунь, балдею от ее запаха.
– Да там эээ… Ну-у, ничего такого, мы поспорили просто сегодня, и гений хотел влезть в мой пейзаж, – со стороны звучит, никак не убедительно.
Но я-то видел, что все так и происходило, и слышал, как Аня отгоняла назойливого гадского чудика. У меня нет причины сомневаться. Почему же она выкручивается, пряча глаза мне за спину. Что-то не договаривает, но что…
– Ой! – вскрикнула мне в самое ухо и, расцепив ноги, резко спрыгнула на землю. – Прости-прости. Я так испугалась, потом обрадовалась, потом боялась, и… Совсем забылась, всего тебя испачкав.
Сейчас только обратил внимание на перепачканные руки в разноцветной краске. Снял пиджак – спереди и сзади смазанные следы пальчиков малышки. После нервотрепки с патлатым – это меньшее, о чем я могу думать и переживать.
– Все нормально, успокойся, – смеюсь с ее ошарашенного взгляда на мою одежду, – Встречаться с художницей нелегко – нужны бонусы за терпение.
Бонус получился коротким… Слегка поцеловав меня в губы, скосила глаза в сторону прилипшего к своему мольберту чудика. Вот же гадский ботан и тут помешал.
Мне хотелось ее сразу забрать отсюда, но картина еще не дописана, и Аня пообещала быстро справиться. Все еще удерживая пиджак в руке, вспомнил о том, что я купил для нее в центре столицы.
– У меня для тебя есть подарок, малышка, – отвлек от травы на картине художницу, и достал из кармана длинную коробочку, – Сама откроешь?
– Нет, лучше ты. Не хочу пачкать, – отложила кисть в сторону, заворожено наблюдая, как я откинул крышку и протянул ей, – Это что-о мне? – вместо того, чтобы достать и надеть на себя золотой браслет с висюльками в виде маленьких кисточек, она смотрит на меня в полном замешательстве.
– После слов «для тебя» и «подарок» разве непонятно кому? – вроде на знакомом языке сказал, – Для патлатого я точно ничего не принес.
Сам достал и застегнул у нее на руке, может все дело в том, что боится испачкать. Аня подняла руку вверх и залюбовалась блеском на солнце сложного плетения, рассмотрела кисточки и с тяжелым вздохом сняла, и вернула его в коробочку.
– Спасибо, Свят, мне очень понравился браслетик. Но я не смогу пока его принять. Может, на День рождения подаришь? А чтобы просто так, нет, не могу. Слишком дорогая вещь.
Вспоминаю, что родилась она осенью… Фигня какая-то получается. Еще ни одна не отказывалась от подарков, а та, у которой с роду таких украшений не было, с легкость отшивает эксклюзивную вещицу. До Дня рождения ждать полгода тупо. Но на все мои доводы – не могу, не могу, так нельзя.
Вот, блин, встрял. Придется у сестры выяснять, что Аня способна принять, кроме цветов в обычные дни.
Только чтобы быстрее заканчивала, не отвлекаю больше подарком. Мне нравится наблюдать за ней, как она замирает, вглядываясь вдаль, затем летающими движениями кисти накладывает тени, блики и картина начинает оживать под умелыми ручками моей девочки.
После окончания малышка просит пройтись с ней к лесу. Подбирает там шишки и радуется им больше, чем браслету. Чокнусь с ней скоро.
Долго гулять, как бы я ни хотел, не получается. После поездки я дико голодный и знаю, что и она тоже, хоть и не признается в этом. Патлатый пока мы спускались к лесу испарился. Забираю мольберт с картиной, и едем ужинать в кафе, неподалеку от академии.
Возле общежития достаю ее художественные вещи из багажника. Как она их вообще таскала на себе три дня? Похоже, мне надо больше вникать во все, что касается Ани, раз она себя не жалеет.
– Я помогу тебе донести мольберт. И мне давно пора посмотреть на твою комнату, малышка.
Даже если откажет, все равно занесу, иначе не отдам.
– Это тоже есть в правилах встречаний? – смеется уже над моими выдумками для нее.
– А как же! Третьим пунктом записано, – сходу выдаю не моргая, – Могла бы, и сама пригласить!
– Ну тогда приглашаю, третий пункт игнорировать нельзя, – хихикая, тянет меня за руку ко входу, – Моя соседка только скоро вернется, но ничего, успеем чай попить вдвоем до ее прихода.
Аня
Свят ставит возле шкафа при входе мольберт с картиной и пробегает глазами по комнате. Ну да, не царские хоромы. Самое необходимое есть и на том спасибо.
