– О, уверяю тебя, я знаю, что говорю. Офицер, явившийся вместе с Рене ко мне в магазин, заявил, что намерен наказать ее как взрослую. – Жозетта отвернулась от Кэмерона, как если бы силилась восстановить утраченный контроль над собой. – Имея таких родственников, она наверняка станет козлом отпущения за все наши грехи.
Теперь вспылил Кэмерон.
– Ты забыла, что у нее есть и другая семья? Фамилия Андруз кое-что да значит в этих местах. Я решу проблемы с законом, прежде чем Рене успеет привести ее в полицию.
Однако эти слова произвели на Жозетту совершенно неожиданный эффект. Вместо того чтобы успокоиться, она разозлилась еще сильнее.
– Черт бы тебя побрал, Кэмерон. Если ты будешь использовать свое имя, она поймет, что можно творить что угодно, ведь папочка все уладит.
Услышав это, Кэмерон принял решение. Да, он уедет на «Симоне», и точка.
– Перед отъездом, который состоится не позже чем через три дня, мне предстоит уладить кое-какие дела. Пока же Алексия в надежных руках своего дяди, так что ты можешь о ней не беспокоиться. По крайней мере, до конца дня.
Рот Жозетты приоткрылся помимо ее воли.
– Ты уезжаешь так скоро?
Кэмерон готов был поклясться, что в глазах Жозетты отразилось замешательство. Однако все это исчезло так же быстро, как и появилось.
– До сего момента я медлил с принятием решения.
– Правильно ли я тебя поняла? Ты заберешь Алексию с собой?
– Да. – Кэмерон провел рукой по волосам. – А пока тебе не стоит о ней беспокоиться. Рене наверняка ее отыскал. Она его послушает.
– Но он дал слово, что доставит ее в полицию.
Кэмерон вздохнул так тяжело, что его дыхание коснулось щек Жозетты.
– Если ты не хочешь, чтобы я вмешивался, маленькая воровка может посидеть пару дней в тюрьме. Это будет ей урок, и она не станет сбегать туда, где я не могу ее найти.
– Ты же это не всерьез.
– Конечно, не всерьез. Но я ее отец и могу думать, что угодно.
Губы Жозетты дрогнули.
– А что, если она откажется ехать с тобой?
Голос Жозетты звучал уже не так гневно, и Кэмерон немного расслабился.
– В сложившихся обстоятельствах я не намерен информировать ее об отъезде. Пусть думает, что отправляется с Фелицией на плантацию. Ты соберешь для нее немного вещей, а остальное пришлешь прямо на корабль. Когда придет время, я просто заберу Алексию с собой. Даже если мне придется сделать это против ее воли.
В глазах Жозетты вновь вспыхнуло раздражение.
– Она тебя возненавидит.
– У тебя есть идея получше?
Жозетта покачала головой.
– Тогда я возненавижу тебя.
Кэмерон едва не подавился смехом.
– Это твоя лучшая идея? Нет, ты не возненавидишь меня, Жозетта. Ты злишься и беспокоишься, и я не могу осуждать тебя за это.
Кэмерон посмотрел на Жозетту, и его собственный гнев растворился подобно соли в стакане воды. Он с трудом подавил желание заключить ее в объятия и успокоить.
– Ты боишься, как и все мы. Но я обещаю, все будет хорошо.
Что бы ни подумала Жозетта, выражение ее лица изменилось. Кэмерон нахмурился.
– Тебя беспокоит что-то еще, кроме Алексии?
Жозетта набрала в грудь воздуха, выдохнула, а потом выпрямилась.
– Ты не имел права приказывать Бастьену переехать ко мне.
Какого черта? Кэмерон презрительно фыркнул.
– Он так сказал?
– Сказал? Да он уже перевез свои вещи из борделя и поселился в одной из комнат на втором этаже. Сообщил, что остальные вещи привезет от матери завтра.
Кэмерон рассмеялся.
– Ну, что за сообразительный ублюдок! Он думает, что я пробуду здесь еще десять дней, и решил побить меня в моей же собственной игре, немедленно переехав в твой дом. Умоляю, не говори ему, что меня не будет в городе уже через три дня.
– И как ты осмелился рассказать ему о моей личной жизни? Ты не имел права.
Такого поворота Кэмерон не ожидал.
– Ничего подобного не было.
Жозетта кивнула на сумочку.
– Тогда зачем он дал мне… это и велел передать тебе, что это подарки от графа Кондома?
– О господи! – Кэмерон расхохотался. – А этот мерзавец здорово со мной расквитался.
– Что ты имеешь в виду?
– Он переехал к тебе и подарил набор противозачаточных средств. Ты ведь знаешь, для чего они?
Жозетта вздернула подбородок.
– Конечно. Леди шепчутся у меня в магазине о подобных вещах. Я только не знала, что в их честь назвали графа. Как унизительно.
Кэмерон усмехнулся.
– Поскольку вышеозначенный граф упокоился пару сотен лет назад, думаю, ему безразлично, что о нем говорят. Тем более подозреваю, что вышеозначенный предмет назвали в его честь. А что касается унижения, то твой брат как раз и намерен сделать это.
Кэмерон посмотрел на Жозетту.
– Не понимаешь? Бастьен тобой манипулирует.
В глазах Жозетты отразилось замешательство.
– Вовсе нет.
Терзающий душу Кэмерона гнев улетучился, вытесненный непреодолимым желанием заключить Жозетту в объятия и уткнуться лицом в ложбинку на ее шее.
– Он манипулировал нами обоими.
Голос Кэмерона зазвучал глуше, а дыхание участилось.
– Сначала он переехал в твой дом, заявив, что исполнял мой приказ. А потом решил пристыдить меня, прислав кое-что из личных запасов.
Произнеся эти слова, Кэмерон почувствовал, как по шее разливается жар.
