Кэмерон вновь устремил взгляд на расписной потолок, пытаясь собраться с мыслями и придать им хоть какое-то подобие порядка. Это спальня Жозетты. Его укусила змея. Он вспомнил адскую боль, врезавшуюся в его затуманенное сознание, невероятную слабость, поднимающие его грубые руки, прикосновения нежных женских рук, людей, заставлявших его съесть хоть кусочек, остро пахнущую воду, в которой отмачивали его ноги, бесконечную тошноту и непрекращающуюся боль.
Его дочь.
– Где Алексия?
– В данный момент она с вашей кузиной. Учится управлять экипажем. А чуть раньше я выезжал с ней верхом. У нее неплохо получается.
– Как долго я здесь?
– Почти две недели. Занимаете кровать моей сестры. – Бастьен вынул из сапога нож с резной рукояткой. – Она настояла, чтобы вас разместили в этой комнате.
Она наверняка не спала здесь. Впрочем, Кэмерон не собирался обсуждать Жозетту с этим болваном.
Бастьен щелкнул пальцами, и тонкое лезвие вернулось на место.
– Она спит с Алексией. Не с вами.
– Да идите вы. – Прищурившись, Кэмерон посмотрел на ноги Бастьена. – Вы носите мои сапоги?
Улыбнувшись, Бастьен подкинул нож в воздух и поймал его за рукоятку.
– Oui. На них было столько отметин змеиных зубов. Но я заполировал их все. Вы были бы на том свете, не окажись на вас этих сапог.
– А вы окажетесь на том свете, если сейчас же их не снимете. – Кэмерон поднял подушки выше и попытался приподняться, ошеломленный полным отсутствием сил. Боль пронзила его ногу, и Кэмерон поморщился. – Черт возьми, это с моим любимым ножом вы играете?
Кэмерон пригляделся.
– Проклятие. Это же моя одежда, верно? Вы вломились в дом и обокрали меня, зная, что я лежу здесь без чувств? Мерзавец.
Бастьен тихо засмеялся и снова подкинул нож.
– Мерзавец? Oui. Вор? Non. Мишель позволил мне взять кое-что из вашей одежды. А что касается моего нынешнего наряда… Мне же нужно было что-то носить с прекрасными сапогами, что вы мне отдали.
– Ничего я вам не давал.
– Да, но разве человек вашего воспитания не стал бы настаивать на вознаграждении того, кто спас его жизнь? К тому же у вас еще одна пара таких же сапог. Тоже коричневых.
– Этот золотой жилет – мой любимый. Он не предназначен для верховой езды.
Бастьен пожал плечами.
– Хорошо. Потому что у меня нет лошади. – Бастьен принялся разглядывать лезвие ножа Кэмерона. – Превосходный нож. Выпал из сапога, когда я стаскивал его с вашей быстро опухающей ноги. Где вы взяли такое красивое оружие? Явно не здесь.
– Я приобрел его в Испании, и вы не заберете его себе.
Бастьен сложил тонкое лезвие в конусообразную перламутровую рукоятку и сунул нож за голенище сапога.
– Вы так дешево цените свою жизнь, что даже не предложите мне вознаграждения? Я-то думал, вы подарите мне все, что сейчас на мне, и в придачу один из ваших кораблей.
Этот щеголь так гордился собой и вел себя так, словно владел этим самым домом.
– Я удивлен, что вы еще не попытались угнать хотя бы один.
Бастьен закинул ногу на ногу и медленно принялся водить рукой по голенищу сапога, как если бы ласкал домашнего любимца.
– Кстати, о кораблях. Я решил, что всем нам будет выгодно, если ваша богатая компания наймет меня на работу.
Господь всемогущий!
– Это все равно, что заставить обезьяну играть на виолончели. А теперь уходите и пришлите кого-нибудь с едой. Я проголодался.
Дверь отворилась, и на пороге возникла Жозетта с подносом в руках. При виде сидящего на постели Кэмерона ее лицо осветила счастливая улыбка.
– Ты проснулся. Как чудесно.
Господи, как она красива.
Даже с тяжелым подносом в руках она двигалась легко и грациозно. На Жозетте было нежно-розовое платье, которое так нравилось Кэмерону. Особенно ему нравилось глубокое декольте. От этого зрелища каждый нерв его тела принялся отплясывать джигу.
Бастьен вскинул бровь.
– Как вы знаете, Тибодо умеют читать мысли. И поскольку я тоже Тибодо, вам следует быть очень осторожным с теми мыслями, что роятся сейчас у вас в голове. – Молодой человек многозначительно посмотрел на Кэмерона, немного помолчал, а потом тихо засмеялся. Проклятый дурень.
– Ваша жалкая попытка пошутить не смешна и не пристойна. Так почему же вы смеетесь?
– Чтобы не было неловкого молчания. Я весьма предусмотрителен, а?
– Катитесь отсюда, Тибодо.
– Лишь потому, что вы так любезно попросили, я сделаю это. – Бастьен поднялся со стула и направился к двери.
О, черт.
– Тибодо, – крикнул Кэмерон вслед.
Бастьен остановился на пороге и обернулся.
– Oui?
– Спасибо, что спасли мне жизнь. Можете оставить себе эту чертову одежду и сапоги.
– И нож?
Проклятие.
– Да, черт бы вас побрал.
Кэмерон увидел, как в глазах Бастьена заплясали озорные искорки.
– Сообщите моей сестре, в котором часу вы хотите видеть меня на работе. Она передаст мне ваши слова за обедом. – Отсалютовав, Бастьен скрылся за дверью.
– Чертов глупец.
Жозетта поставила поднос на прикроватный столик, подвинула стул и подняла накрывавшую чашку серебряную крышку.
– Стало быть, ты нанял его на работу?
