– Как же я ненавижу Грега Смита! Ненавижу.
– Ну, думаю это у вас взаимно, – замечает Мартин.
– Это что – поступок настоящего мужика? – возмущаюсь я.
– Наверное, хотел отплатить тебе за испорченный костюм?
– То, что он сделал, гораздо хуже испорченного костюма. – Я оглядываю себя.
– Согласен. Просто я хочу сказать, что впредь тебе не стоит лезть на рожон.
– Я послал Рэйчел карту с меткой, так что она знает, где мы. Надо ждать.
– Отлично.
– По десятибалльной шкале как сильно ты сейчас злишься на меня?
– Я голый, примотан к столбу. Этого достаточно, чтобы описать мои чувства. Ты не виноват. Надо просто придумать, как отсюда выбраться.
Мимо проносятся машины и, кажется, не замечают нас. Хотя… может, привязывать к столбам голых людей уже норма?
– Хоть тепло, это радует, – говорю я.
– Ты оптимист.
– Оптимизм помогает справляться со всей хренью в нашей жизни.
– А вот Джордж почему-то не оптимистка, – размышляет Мартин. – Тот парень, о котором я тебе рассказывал, пишет ей в «Библиотеке писем» уже три года. Она почти наверняка знает, кто это. Он ей нравится. Так почему же она ничего не делает?
Три года – это долго и серьезно. Как романтично и… странно. Джордж всегда так цинична, если речь заходит о любви, а сама влюбилась в тайного обожателя.
– Может, это не тот, кого она подозревает? Может, он психопат, – предполагает Мартин.
– Все психопаты теперь в интернете.
– Почему?
– Там больше потенциальных жертв, наверное.
– Нет, я спрашиваю, почему Джордж не встретится с ним? Если она знает, кто это.
– Боится, наверное, – говорю я. – Она стеснительная.
– Что-то не заметил. Мне она кажется агрессивной.
– Это маска, – объясняю я и в эту минуту сам открываю кое-что новое в своей сестре.
– Отличная маска, – бурчит Мартин, но уже менее раздраженно. Наверное, тоже кое-что понял.
Ищу глазами «Вольво» Рэйчел, надеясь, что она получила сообщение.
– Эми могла позвонить в полицию. Тогда нам повезло, – вздыхает Мартин.
Я люблю Эми со всеми ее недостатками, но знаю точно, что в полицию она звонить не станет. Не станет записывать номер машины, прыгать в такси и мчаться следом, как поступила бы Рэйчел, которую мы ждем. Это ее машина приближается к нам.
Надписи на титульном листе
Как только я принялась за «Пруфрока», меня перестало тяготить составление каталога. Даже самые короткие, ничего не значащие для меня записи наверняка что-то значили для других, и я тщательно их переписываю. Когда я устаю и решаю все-таки пропустить пару фраз, вспоминаю заметки Кэла в «Море» и передумываю.
