Думаю, не пойти ли в книжный, чтобы поискать письмо. Но на это уйдет слишком много времени, так что беру такси и еду прямо к Рэйчел домой. По пути все время звоню ей – недоступна. Оставляю сообщение за сообщением на автоответчик. «Я наделал ошибок, но я многого не знал. Ты и книжный – вот что мне нужно. А не деньги. Плевать, что мое будущее неопределенно. Пусть так. Главное, чтобы в нем была ты».
Похоже, у меня любовная лихорадка. Я прошу водителя ехать быстрее. В ответ он замечает, что мы вообще-то стоим в пробке.
– Кажется, впереди машина сломалась, – поясняет он.
– Ну конечно, как же иначе, – ворчу я, высовываясь из окна.
Похоже, там авария, быстро нам отсюда не выбраться. Я оплачиваю проезд и выбегаю на шоссе. Рэйчел была права, начинается дождь. Один из тех летних грозовых дождей, которые отчаянно лупят по земле. Гремит гром, но я бегу прямо по лужам, разбрызгивая воду. До дома Рэйчел добегаю насквозь промокшим. Колочу в дверь, зову ее. Роуз отпирает мне и хмурится.
– Я знаю, что наделал кучу глупостей, – говорю я, пытаясь выровнять дыхание, – но я все улажу. Нам только нужно поговорить.
– Ее нет. А какие глупости ты натворил?
– Она не рассказывала?
– Я ее не видела.
– Черт возьми, – расстраиваюсь я, глядя на дождь и жалея деньги, которые только что потратил. Кричу от отчаяния и смотрю на Роуз: – У меня нет денег на такси.
– Подожди, я тебя отвезу.
Выскакиваю, как только Роуз останавливает машину, забегаю в книжный. Вода стекает с меня ручьями. В «Библиотеке писем» ищу роман Исигуро. Если Эми правильно назвала книгу, письмо должно быть здесь. Нахожу. Держу книгу в руках минуту-другую, потом пролистываю – вот он, листок, исписанный Рэйчел.
Пока я читаю письмо, мне начинает казаться, что с продажей магазина не покончено. Мы теряем вещи, но иногда они к нам возвращаются. События в жизни не всегда происходят в том порядке, в каком нам хотелось бы.
Из читального сада выходит папа. Через окно вижу, что там Фредерик, Фрида и Фрэнк пьют пиво.
– Что, открыли калитку между нами и булочной? – интересуюсь я.
– Когда Фрэнк услышал, что мы продали книжный, свернул ее ломом.
– Жаль, что так поздно.
– Лучше поздно, чем никогда.
– Прости меня. Я не знал, что магазин уйдет застройщикам.
– Ну это была не твоя мечта, Генри, – вздыхает папа, – не ты в этом виноват.
– Нет, магазин был и моей мечтой, – возражаю я.
Папа задумывается, а потом произносит:
– Тогда тебе через это просто надо было пройти. Зато со следующей мечтой ты уже так легко не расстанешься.
Папа говорит, что Рэйчел где-то здесь. Оказывается, она уже говорила с Джордж о Кэле.
– Очень жаль его, – добавляет он. – В «Библиотеке» есть его заметки. Как бы нам их не потерять! Мы, конечно, не можем оставить себе все эти книги – вот почему я хотел, чтобы Рэйчел занесла их в каталог. Она успела переписать только половину, а времени больше нет.
– Но почему мы не можем оставить их себе? – спрашиваю я.
Папа широким жестом обводит все полки:
– Генри, здесь очень много книг, и все они у меня есть.
– Мы могли бы найти им место, – предлагаю я. – В сарае.
– В каком сарае? – интересуется он.
– Ну, куда мы все вместе переедем.
В ответ он улыбается и ждет, что я еще придумаю. Потом выдает:
– Думаю, я поеду путешествовать. Посмотрю страну Шекспира и пьесы в Вест-Энде[37]. Оттуда махну в Аргентину. Может, выучу испанский и перед смертью почитаю Борхеса в оригинале.
– Ты что, умирать собрался?
– Нет, Генри, не сразу.
– А как же мы с Джордж?
