— Почему? — осторожно поинтересовался Алексей.
— Измена. — коротко ответила она.
— Так, я не понял… — он только обратил внимание на синяки и царапины на её лице и правой руке. — Он что, бил тебя?
— Нет. — сразу возразила Дарья. — Ты что, он бы никогда этого не сделал. Он слишком любил меня, чтобы когда-нибудь поднять руку. Да и вообще, Володя мухи не обидит без причины.
— Тогда откуда это всё?
— Мы поссорились, — вздохнула девушка — он выгнал меня из дома, сказал, что сын останется с ним после развода. Я начала уходить со скандалом, он попытался остановить, видимо, передумав. Отсюда и синяки на руке. Но это только усугубило всё, и когда он очередной раз указал на дверь, то случайно задел меня. Повторяю, случайно! — она сделала акцент на последнем слове. — Я упала. Володя пытался мне помочь встать, но в том состоянии я его оттолкнула, естественно. А потом, выбежала из квартиры и побежала вниз по лестнице. Он догонял, каблук зацепился или прдвернулся и я вновь упала, только теперь полетела с лестницы вниз. Ударилась, когда приземлилась, головой и колени разбила, может что ещё… Мне тогда всё равно было.
— Странно, что у вас так всё случилось… — произнес Алексей.
— Почему? Видимо, у всех семей такое бывает. Как бы сильно не любили они друг друга. — вздохнув ответила Суворина.
— Ну ты же его так любила.
— Мало, видимо, любила.
— Нашим самым любимым людям всегда достаётся меньше всего любви. Парадокс, но это так. — в машине повисла тишина. — Пойдём в дом. Родители уже проснулись, Алёнка с Корнеем тоже скоро проснутся. Позавтракаем, поговорим… Придумаем, что дальше делать. Да и тебе нормально выспаться надо для начала. — Даша лишь кивнула в ответ и послушно сделала то, что предложил Щербатов-младший.
Она устала так, как не уставала уже давно и хотела одного — забраться под одеяло, уснуть, а потом понять, что всё случившееся просто приснилось.
По этой же самой причине, Дарья плохо помнила, что было в тот день дальше. Разговор с родственниками, которым пришлось рассказать всю поднаготную, их слова утешения и поддержки, причитания Марьяны Николаевны, молчаливый, но суровый взгляд Арсения Георгиевича, неистовое раздражение Корнея, сочувствие впечатлительной Алёны…
После завтрака и обсуждения сложившейся ситуации, родственники отпустили девушку поспать и она с удовольствием ушла, потому как, казалось, уже ничего не соображала.
Вечером Суворина включила телефон — куча пропущенных от мужа. Даша хотела было не перезванивать, но вспомнила о сыне.
— Ты мне звонил. — она начала разговор с супругом не с приветствия.
— Где ты? — поинтересовался Владимир.
— Какая разница. — безынициативно ответила жена.
— Дурацкая привычка знать, что у тебя всё хорошо! — слегка начал раздражаться Суворин. — Ты вчера была в ужасном состоянии, упала. Я ехал за тобой, но не успел. Боялся, что можешь попасть в аварию. — уже спокойнее пояснил он.
— Поздно бояться, Суворин. Надо было бояться, когда я тебя с этой блондинкой увидела, когда мир мой перевернулся с ног на голову из-за этого, когда я не знала, как дальше жить! А теперь…
— Теперь знаешь?
— Знаю. И знаю, что эта жизнь будет без тебя. Всегда. — прозвучало, как нож в сердце. После этого, Даша вздохнула и произнесла. — Это бессмысленный разговор, давай его закончим. Дай трубку Глебу, я хочу с ним поговорить.
— Только прошу тебя, давай сейчас не будем настраивать сына против друг друга. Разберёмся с этим вдвоём.
— С чем? С тем, что ты хочешь отнять у меня ребёнка?
— Я не хочу, чтоб ты уходила! — закричал Владимир.
— А я не хочу оставаться! Дай трубку сыну! — повысила голос в ответ Дарья.
— Хоть бы о нём подумала… — произнёс муж, но она не успела парировать, так как трубку взял Глеб.
— Мама, ты где? — сразу спросил мальчик.
«Весь в отца» — подумалось Даше.
— Маленький мой, я у тети Алёны в деревне. Я обязательно скоро приеду за тобой, слышишь? И знай, малыш, я очень тебя люблю! Больше всех на земле.
— Мама, я не маинький узе, я музсина! — уточнил на всякий случай сын. — Я тебя тозе люблю! — прокричал он следом. — Вернись быстрей!
— Я постараюсь, мужчина мой! Чем ты занимаешься? — сдерживая набегающие слёзы, спросила Глеба она.
— Я узинал. Папа дал мне запеканку творозную. А сейчас буду играть! — сообщил мальчик.
— Ты только долго не играй, мой хороший! Помни, что мишутка ждёт тебя всегда спать в 9 часов.
— Помню, хорошо, мамоська! — пребывая в боевой готовности ответил сын.
— Ну хорошо, спокойной ночи, дорогой мой. Скоро увидимся. — улыбнулась Дарья, про себя зная, что ни за что и никому не отдаст этого мальчишку.
После этого, трубку вновь взял муж:
— Значит в деревне… Ну, теперь я спокоен.
— Не утруждай себя больше игрой в заботливого мужа. Спокойной ночи, Суворин! В ближайшие дни я подам на развод и заберу сына.
— Даш, я предлагаю встретиться и нормально, спокойно поговорить. Дня через три. Тебе надо успокоиться. — уверенно произнёс Владимир.
— Хватит мне про спокойствие втирать! Я не псих какой-то тебе! Сын будет жить со мной и это не обсуждается, ты меня понял? — начала закипать Суворина.
