— Ну, допустим, что вороны, лис и змеи — это мы, — спокойно изрек Родхард Друз, — а волки, олень, буря?
— Песчаные волки — берунги, именно этот зверь скалит свою пасть на их знамени, — добавил Григор Норч, — но и в правду что за олень? И при чем здесь песчаная буря? — вопросил он.
— Помните ли вы события, произошедшие во времена правления короля Бирда? — вопросом на многочисленные вопросы мужчин ответила пожилая терра.
— Эпидемия песчанки, — мгновенно понял к чему ведет террисса Норч.
— Именно, — ответила она. — Это зараза выкосила тогда половину страны и лекарства от нее так и не нашли.
— Но я думал, что она уже в прошлом… — непонимающе изрек Трюдо.
— Видимо нет… — устало произнесла тер Мисхона.
— Значит, грядет эпидемия песчанки и победить ее сможет только лишь какой-то олень, который придет либо за Родхардом, либо за песчаным псом… — вынес предположение Севастьян.
— Вероятно именно так и будет, однако есть у меня предчувствие, что олень — это князь Диргов, — произнесла женщина, вырвав удивленный возглас лиса и недоверчивые взгляды остальных командоров, — именно Дирги считают себя потомками Великого оленя.
— Он никогда на это не пойдет, — мрачно вынес вердикт Григор.
— Помочь нам в борьбе с этой заразой он не согласиться даже за эту симпатичную белобрысую задницу, — глумливо произнес Тьян, мотнув головой в сторону змея, — да и голова пса, успевшего насолить половине мира, его вряд ли интересует.
— Дирги слишком закрыты от остального мира, — спокойно произнес Норч, — они не окажут нам помощи в этой борьбе. Нужно искать другой выход.
— Если бы он был, девочки бы его увидели, — зло бросила тер Мисхона, — не гадайте раньше времени, воля всевышних бывает туманна, — поставила она точку в их спорах.
С первыми криками петухов послание королю было отправлено с почтовым вороном, который бесполезно доживал свой век под сводами деревенской конюшни.
Командоры, так и не сомкнувшие глаз после бессонной ночи, задумчиво чистили своих скакунов. Утро медленной поступью приближалось к своему трону.
***
Открыв глаза, Фиона вновь пыталась стряхнуть с себя тревожное сновидение. Однако теперь ей казалось, что она знает, что нужно делать.
Закрыв глаза, она снова погрузилась в сон.
К полудню девушки все-таки пробудились. Отдохнувшие, набравшиеся сил, они, казалось, даже светились изнутри, что не преминул подчеркнуть дед Трофим за поздним завтраком.
Девушки лишь молча улыбались, уплетая гречишные оладьи с брусничным вареньем.
— Готовы ехать? — спросил заглянувший в дом Григор Норч, бросив цепкий взгляд на Леду.
— Да, — тихо ответила она за всех.
— Тогда через четверть часа отправляемся, — изрек он и скрылся за потрепанной дверью.
Скоро собравшиеся девушки, прощались со старшиной деревни и его внуками, стоя перед домом. Покосившаяся околица была выправлена кем-то из солдат накануне, придавая дому новый, какой-то умиротворенный вид.
Тепло поблагодарив, давшую приют путникам, семью, двушки направились к отряду, ожидавшему их за околицей.
Вдруг Фиона резко развернулся и подбежав к деду Трофиму, тихо произнесла:
— Жвинка…
— Что? — непонимающе нахмурился старшина.
— Ее звали Жвинка…
— Кого? — ничего не понимая вопросил дед.
— Синегубку вашу Жвинкой звали, — запальчиво произнесла Фиона, — молитесь за нее всей деревней и несчастных случаев тогда больше уж и не будет.
— О, как, — недоверчиво произнес Трофим, — будем! Есшо как будем, внуча. Спасибо тебе!
Развернувшись, рыжеволосая девушка бросилась к своему скакуну, на душе стало спокойно. Дело сделано!
Сегодня погода была к путникам благосклонной. Яркое солнце нежными лучами ласкало щедро политую дождем землю. Идиллию прекрасного дня нарушали лишь обсуждения грядущего.
— То есть, песчаная буря — это болезнь… — уточнила Арифа.
— По всей видимости так, — ответила тер Мисхона, — гнусная зараза… Все тело покрывается сыпью, похожей на мелкие песчинки, оттого и название такое… Чешутся они жутко, сводя с ума несчастного… Говорят, мало, кто после нее жив остается, а если и посчастливится кому, то на всю жизнь ужасная корка на теле его спутница…
— Но что-то же с ней можно сделать? — спросила Мелинда.
— При короле Бирде все деревни и города, в которых песчанка лютовала, закрывали для въездов и выездов. Тела умерших сжигали, порой и все деревни приходилось жечь, ибо там и жителей то не оставалось. Постепенно вроде болезнь сошла на нет, а уж что там взаправду было, кто ж скажет…
— А эти Дирги, кто они? — спросила озадаченная Бегга.
— Небольшое племя, живущее за морем каменных зубов. Говорят, они раньше жили совместно с берунгами, но кто ж этих псов долго вытерпит… так и пришлось им искать себе новое место жительства. Только потрепали их тогда берунги знатно, половину племени вырезали. Если бы не их Друны, все бы и полегли, а так спаслись да закрылись от всего мира, раны залечивать стали…
— Друны? — переспросила Мелинда.
