На шоссе начались крутые повороты и водитель был вынужден снизить скорость. Нелли, наконец-то, открыла глаза и опустила ладони рук, которыми лихорадочно зажимала уши. Шурик с облегчением вздохнул и улыбнулся, увидев, что девушка успокоилась. Надо отдать должное шофёру: он вёл машину мастерски, за всю дорогу ни разу не ошибся, а лицо его было непроницаемо.
Лишь изредка, ослеплённый фарами встречного автомобиля, он негромко ругался сквозь зубы.
К дому они подъехали уже после полуночи. Петров сразу же подписал документы и, поблагодарив водителя, отпустил такси на ночную охоту.
– Он на всю ночь поехал кататься, – улыбнулся Шурик. – Будет подвозить припозднившихся пассажиров и попытается наверстать упущенную прибыль.
У подъезда они простились, договорившись встретиться на следующий день в автопарке. Виноградов и Кравцов направились к Серафиме Павловне, а Шурик, сославшись на поздний час, пошёл провожать Нелли. Чувствуя усталость после этого суматошного дня, Виноградов медленно поднимался по ступенькам.
«Пожалуй, пришло время бросить курить, – вяло подумал он. – А то сил на полный рабочий день уже не хватает.»
Открыв дверь своим ключом, Кравцов пропустил Виноградова вперёд. Они двигались по тёмному коридору почти бесшумно, стараясь не разбудить хозяев как вдруг к ним метнулась какая-то тень и с разбегу повисла на шее у оператора.
– Шурка, разбойник, наконец-то! – залепетал в восторге чей-то голос.
Виноградов, опешив от неожиданности, ощутил мягкое женское тело. Кравцов сразу же включил свет и от удивления застыл на месте: на шее у оператора висела почти обнажённая молодая женщина в короткой ночной рубашке, открывавшей красивые, немного полноватые ноги. Молчаливая сцена длилась пару секунд, так как женщина совершенно онемела, а Виноградов стоял раскинув руки, боясь к ней прикоснуться. Наконец женщина вскрикнула и метнулась в боковую комнату, откуда возвратилась через некоторое время, но уже в халате и в сопровождении заспанной Серафимы Павловны.
– Вы её простите, взбалмошную, – сквозь зевоту оправдывалась старушка. – Она вас в темноте за Шурика приняла. Они давние знакомые, ещё вместе в школе учились.
– Да мы что, мы не против, – усмехнулся Виноградов. – Только уж очень всё неожиданно.
– Нечего смущаться, вы уже заочно знакомы. Это Манана, жена Гии, а он двоюродный брат Гоги.
– Всё верно. Я жена Гии и мама двух ребятишек, – улыбнулась Манана и от улыбки её лицо стало ещё милее. – Вот мы и познакомились, но время уже позднее и я предлагаю всем идти спать.
Уже лёжа в постели, Виноградов подумал о том, что Гие здорово повезло: иметь жену, лицо которой напоминает лики икон, а тело списано с полотен Рубенса, это большое счастье.
Утром после завтрака Виноградов и Кравцов направились к автопарку, где их уже ожидал администратор Петров. Его довольное лицо сияло как солнце, а улыбка во весь рот напоминала рекламную картинку.
– Пока тут некоторые улыбаются, другим по ночам на шею бросаются красивые, обнажённые женщины, – Виктор издевательски посмотрел на Петрова.
– Да вы что? – удивился Шурик, когда оператор рассказал ему о ночном приключении. – Мне знакомы выходки Мананы, но я не могу понять, как Гия моможет ей всё прощать?
– Наверное, он её любит! – улыбнулся Виноградов.
– Хорошо, лирическое отступление мы закончили, а теперь приступим к делу, – уже серьёзно сказал Шурик. – Машина сейчас подойдёт и мы съездим на перевал. Там осмотримся и возможно что-нибудь снимем, затем к обеду вернёмся домой, соберём аппаратуру и поедем в аэропорт. Вылет самолёта в девятнадцать часов.
– Как, мы сегодня уже улетаем? – Виктор от удивления раскрыл глаза. – Так ведь у меня кассеты ещё не разряжены и аппаратура разобрана. Когда же я всё это успею сделать?
– Вот, вот, покрутись немного в шкуре ассистента, а то привык на мальчишек покрикивать. Теперь узнаешь что такое много работы и недостаток времени.
Вскоре подъехала машина, за рулём которой сидел их первый водитель.
– Привет, ребята, – улыбнулся он. – В автопарке только и говорят о вашей вчерашней поездке. Хорошо отдохнули, да?
– Всё в порядке, Тангиз. Мы рады видеть тебя, но пожалуйста поторопись, деловито сказал Петров. – Время нас поджимает.
Они довольно быстро добрались до дома, где погрузили аппаратуру и уже через полчаса выехали за пределы города. Горы окружили их со всех сторон.
Солнечные лучи, освещая монолитные вершины, как бы делили их на две части: одну яркую, сверкавшую на солнце разноцветьем камней, а другую тёмную как бы накрытую серым покрывалом.
Виноградов, немного приуставший от этого буйства красок, решил не снимать больше пейзажей, а ограничиться местным колоритом. Как опытный оператор он знал, что в монтажном периоде каждый метр отснятой плёнки будет идти на вес золота и бытовые сценки обязательно пригодятся в картине.
– Виктор, будь добр, подготовь камеру к съёмке, – он повернулся к своему помощнику. – До перевала путь неблизкий, возможно по дороге мы увидим что-нибудь интересное.