Вернувшись в павильон и посоветовавшись с Кравцовым, оператор попросил бригадира Егорыча установить несколько прожекторов на полу декорации так как предполагалось, что съёмка будет вестись с нижней точки. Когда в павильоне были расставлены приборы, а Виктор закончил замер освещённости на съёмочной площадке появилась актриса Васильева. Её сопровождал режиссёр и ассистенты. Теперь уже она была одета в длинное, тёмно-красное платье, что никак не соответствовало белоснежному наряду, придуманному сценаристом. Это немедленно возмутило Красовского, но Светланов, оттеснив его своей могучей фигурой, приказал готовиться к репетиции. Виноградов занял место у камеры, ему помогал механик и ассистент, а режиссёр, устроившись рядом на персональном стуле, выжидающе посмотрел на актрису.
– Так я могу начинать? – неуверенно спросила Наташа.
– Да конечно! – подтвердил Светланов. – И постарайся сделать всё то, о чём мы с тобой говорили. Актёры второго плана подыграют тебе в мизансцене.
Он обернулся в поисках второго режиссёра.
– Пётр, отберите несколько актёров и расставьте их на площадке. Они должны помочь Наташе играть и, если потребуется, поддержат её в движении.
Прошло пятнадцать минут и актёры второго плана были разведены в мизансцене, а Наташа всё ходила со сценарием в руках, повторяя свой монолог.
Наконец это Светланову надоело и он скомандовал: – Внимание! Мотор! Камера!
Отгремела в тишине павильона хлопушка, Наташа начала читать и камера плавно наехала на её лицо. Актёры исправно подавали реплики, Наташа старалась отвечать, но получалось это у неё слабо и неубедительно.
– Стоп! – загремел режиссёр и подошёл к актрисе.
– Но мы же с тобой репетировали, ты всё поняла и у тебя всё получалось.
Почему же так плохо сейчас? Что тебе мешает?
– Монолог очень длинный, я не могу запомнить текст, боюсь сбиться и потому нервничаю.
– Понятно! Повторяем ещё раз, тишина в павильоне!
Снова включился свет, заработала камера и Наташа в окружении актёров начала свой монолог. Было видно, что она старается, но дотянуть сцену до конца ей никак не удавалось. Светланов разделил мизансцену на две части и они попытались снять её короткими кусками, но когда из этого тоже ничего не вышло, стало понятно, что актриса этот эпизод просто не тянет. Ей не хватало актёрского мастерства и опыта.
– Почему у тебя всё так убого получается? – рассерженный режиссёр подошёл к актрисе. – Ведь этот монолог один из главных в картине. Не будет его не будет и твоей роли!
– Не знаю, я стараюсь, но чувствую себя неловко, – Наташа попыталась сдержать набегавшие слёзы.
– А надо играть уверенно! Ты в главной роли, тебе помогают ведущие актёры и ты должна доказать, что можешь быть лучшей!
– Я постараюсь, – сказала Наташа и заплакала.
– Стоп! – команда режиссёра относилась ко всей группе. – Актриса не в лучшей форме, прошу дирекцию объявить перерыв.
Уже в буфете, перекусывая бутербродами и кофе, Виноградов разговорился со своими помощниками.
– Сразу видно, что Наташа не дотягивает роль.
– Да она просто не может так долго играть под сильным светом, – вступился за актрису Виктор Кравцов.
– У нас даже приборы плавятся, – поддержал его ассистент Игорь Беляев.
– Попробуем что-нибудь придумать, – оператор допил кофе и направился в павильон.
Несмотря на несколько дублей, снятых после обеда, Наташа так и не смогла сыграть эпизод так, как этого хотел режиссёр. Страсти на площадке накалялись, Светланов уже не говорил, а кричал, и актриса уже не плакала, а дерзко отвечала. Надо было что-то делать и Виноградов решился.
– Владимир Сергеевич, – обратился он к режиссёру, – у нас же ничего не получается.
– Это я и без вас вижу.
– Так давайте изменим место съёмки, выйдем из павильона на реальную сцену. Снимем монолог и выступление актрисы не в тесном павильоне, а в большом концертном зале с тысячами зрителей. Эффект будет совершенно другой!
– Идея замечательная! Я тоже этого хочу! – поддержала оператора Наташа.
– Да вы что, с ума сошли? – возмутился Светланов. – Выставить девочку на осмеяние перед громадной аудиторией и, наплевав на основы игрового кино, удариться в дешёвые документальные трюки? Я никогда не пойду на это!
Режиссёр просто разбушевался, огорчённый неудачей актёрской сцены, и теперь срывал злость на своём операторе. На них стали обращать внимание и Наташа, уже пришедшая в себя после неудачной съёмки, попыталась высказать своё мнение.
– Владимир Сергеевич, отчего вы повышаете голос? – вступилась она за Виноградова. – По-моему, лучше организовать выступление на большой сцене и за один вечер снять весь эпизод, чем целую неделю гнуть спину в павильоне высасывая из пальца текст монолога.
Режиссёр с неприязнью посмотрел на актрису.
– А кто, хотел бы я знать, будет платить за ваше сольное выступление? Вы знаете во сколько обойдётся эта съёмка? А аренда концертного зала? Да меня директор картины из своего кошелька платить заставит! И чтобы подтвердить мои слова, мы сейчас с ним пообщаемся.
– Таня! – крикнул Светланов своей помощнице. – Попросите Юрия Анатольевича зайти в павильон.