– Мне бы это тоже хотелось знать, но найти администратора в этой толчее мне пока не удалось.
А за кулисами кипела предконцертная суета: молодые исполнители ходили по сцене, стараясь унять нервную дрожь, неторопливо собирался коллектив оркестра, аккуратно придерживая инструменты, прошли музыканты из джазового ансамбля и, наконец, выйдя из гримёрной, появилась Васильева. Саша, улыбаясь, пошёл ей на встречу. Они сегодня ещё не виделись и поэтому Наташа показалась ему особенно привлекательной.
– Александр Михайлович, я волнуюсь так, что у меня дрожат руки и срывается голос, пролепетала Наташа. – Это моё первое выступление, и я боюсь как бы оно не стало последним.
– Не переживайте! – он взял девушку за руку и уверенно сказал:-В концерте выступает много молодёжи и на их фоне вы не будете особенно выделяться. Кроме того, зная, что рядом со сценой находятся ваши друзья, вы должны быть уверенны в успехе.
Оператор всё ещё держал в своих руках маленькую руку Наташи, а она, как бы не замечая этого, внимательно его слушала.
– Я должна сегодня петь и меня это не беспокоит, – Наташа попыталась держаться уверенней. – Голос в порядке, песня популярная и музыка такая мелодичная, что, мне кажется, любой из зрителей воспримет её хорошо.
– Простите, Наташа, я не узнал у вас самого главного, – наконец спохватился Виноградов. – Знаете ли вы в каком отделении ваш выход? Мне как оператору необходимо подготовиться.
– Администратор сказал, что я открываю второе отделение. Вас это устраивает?
– Вполне! Желаю удачи!
– Ну, я побежала, – заторопилась Наташа. – Мне ещё с режиссёром поговорить надо.
Изысканным жестом приподняв длинную юбку, Наташа пошла в репетиционную, где её уже поджидал Светланов. Взглянув на часы, Виноградов быстро спустился со сцены в зал, который уже заполнялся зрителями.
У кинокамер, установленных на штативы, работали механики, готовя аппаратуру к съёмке. Игорь Беляев, молодой, но уже опытный ассистент, что-то настойчиво доказывал второму оператору, но Кравцов, как видно, не соглашался.
– О чём спор, гвардейцы? – подходя к камере, спросил Виноградов.
– Обсуждаете проблемы кинематографа или фигуру прелестной незнакомки?
– Ни то, ни другое, Александр Михайлович, – нехотя ответил Беляев. – Мы с Виктором решали вопрос мобильности съёмок.
– Ну и как, решили?
– Пока нет, но сразу заметно, что всё у нас громоздкое: и камеры, и штативы, и осветительные приборы, а главное, всё настолько тяжёлое и неповоротливое, что каждая съёмка превращается в событие.
– И что же ты предлагаешь? – поинтересовался Виноградов.
– Надо использовать небольшие и лёгкие съёмочные камеры с высокой чувствительностью плёнки, чтобы можно было снимать в естественных интерьерах без дополнительной подсветки.
– Это блестящая идея, Игорь, – вдохновенно сказал оператор. – Я думаю, что к тому времени, когда ты закончишь институт кинематографии, все твои мечты уже будут претворены в жизнь, – Виноградов улыбнулся, – а камеры будут заряжаться не хрупкой киноплёнкой, а тонкой магнитной лентой.
В зале погас свет и на сцене появился бойкий конферансье. Он разыграл мини-спектакль, затем рассказал пару анекдотов, вызвав смех в зале и лишь затем объявил первый номер концерта:
– Выступает лауреат Всероссийского конкурса Вячеслав Незванов.
Пока пел лауреат, а затем хор из областного центра, в зале перешёптывались, а механики у камер потихоньку травили анекдоты, но когда на сцене появилась высокая, черноволосая женщина и запела о родной Молдавии, в зале сразу же все оживилось. Будто бы повеяло тёплым ветром южных просторов и пряным запахом созревающих фруктов. Мастерство её исполнения было на столь высоком уровне, что взволнованный режиссёр, подойдя к Виноградову шёпотом проговорил:
– Боюсь, как бы эта певица не испортила впечатление от выступления Наташи. Наша девочка может на её фоне совершенно потеряться.
– Есть один нюанс, Владимир Сергеевич, и вы о нём забыли, – так же шёпотом, сказал Виноградов. – Мы будем снимать не весь концерт, а только сольное выступление Наташи, так что со сценой для фильма будет всё в порядке, а какова будет реакция зала мы ещё посмотрим.
Особенно порадовало всех выступление двух девушек-близнецов, которые пели и плясали довольно средне, но всё это делалось с таким лихим молодежным задором, что их несколько раз вызывали на бис и они, как бы не чувствуя усталости, продолжали веселить публику своей непосредственностью.
Во время антракта Виноградов попытался проникнуть за кулисы, чтобы немного поддержать Наташу, но крутые охранники его туда не пустили. Зайдя со своими помощниками в буфет, оператор заказал блины с икрой и апельсиновый сок. Ассистенты последовали его примеру и, когда подкрепившись, в хорошем настроении они вернулись в зал, то заметили оживление в съёмочной группе.
Режиссёр Светланов, потрясая сценарием, в чём-то упрекал Таню Переверзеву директор Юрий Анатольевич, взволнованно поглядывая на часы, с кем-то говорил по телефону, а второй режиссёр Пётр Свиридов, с мегафоном в руке, заполнял зрителями передние ряды.