Проходя мимо вспыхивающей витрины магазина свадебного платья, он смотрит на своё отражение и делает реверанс.
– Я звезда! – восклицает она.
Через двести метров она замечает в нескольких метрах перед собой припаркованную патрульную машину. Замирает, как кошка, оглядывается и ныряет в ближайший бар.
Войдя внутрь, Вероника осматривает столики. Посетителей почти нет. В дальнем углу бара в обнимку сидит влюблённая и выпившая парочка. За другим столом одиноко сидит Брюнет и торопливо вытирает рот салфеткой. Он бросает на неё беглый взгляд и отворачивается. Перед ним бутылка лимонада и уже пустая тарелка.
Вероника направляется к стойке и становится к нему спиной, словно смотрит на экран телевизора. За стойкой никого нет. Она нервно постукивает пальцами по стойке и косится на Брюнета, словно пытается предугадать его действия.
Брюнет бросает салфетку на стол, поднимается и направляется к туалету.
Вероника провожает его взглядом и, как только дверь с кашлем закрывается, проплывая мимо его столика широким жестом, снимает бутылку со стола. Через мгновение она исчезает.
Брюнет выходит из туалета, подходит к столу и растерянно смотрит то на свой стол, то на стойку бара. Оглядывает соседние столики, стойку бара, заглядывает под стол. Встаёт на колени, пытаясь обнаружить бутылку. Затем резко встаёт, словно подскакивает. Бросает мелочь в блюдце и торопливо выходит из бара. Вокруг никого нет. На его лице сосредоточенное недоумение. Он разводит руками, хмурит брови и неуклюжей подпрыгивающей походкой направляется к машине.
Полумрак подвала. Александр лежит на деревянном настиле. Его глаза закрыты. Он тихо что-то бормочет и улыбается во сне. На нем куртка униформа и рваные кроссовки.
Вероника разглядывает его лицо, осторожно протягивает руку и слегка прикасается пальцами к его руке. Он тут же открывает глаза и испуганно озирается.
– Ты кто? – оглядывается он по сторонам.
– Я – Вероника.
– А, – протягивает он басовито.
– А что я здесь делаю?
– То же что и я. Ты здесь живёшь. Вот бери и ешь.
Вероника подсаживается к нему ближе.
– Ты что опять ничего не помнишь?
Александр сосредоточенно смотрит в её вульгарно накрашенные глаза и на и губы.
– Помню, но честно говоря, без подробностей.
Вероника ставит перед ним пакет с гамбургером и бутылку с лимонадом и садится рядом.
– Ты забрался на мост. Помнишь?
Александр жадно жуёт гамбургер и кивает головой.
– И прыгнул в воду. За тобой погнались патрульные, но мы убежали. Я спрятала тебя здесь. Ты помылся, побрился, переоделся и уснул.
– Это я помню. Только без этого макияжа – ты выглядела значительно лучше.
Вероника обиженно стирает краску с губ.
– Подумаешь! Я, между прочим, ходила искать тебе еду.
– Ты будешь есть? – прожёвывает он слова с мясом вперемешку.
– Я уже поела немного. Как ты себя чувствуешь?
– Можно сказать прекрасно, – ворчит Александр, озираясь по сторонам, и продолжает, – Знаешь, Вероника, я думаю, что мне пора идти.
– Как уже? Куда?
– А что ты предлагаешь, мне остаться и закончить свою жизнь в подвале?
Вероника напряжённо думает.
– Хочешь позвонить, и тебя отвезут в эту как ее… богадельню, кажется.
– Э, нет! – перебивает её Александр. – Я больше не хочу, чтобы кто-то меня куда-то возил. Тем более в богадельню. А ты, почему не хочешь вернуться в свой приют?
– Зачем. Мне и здесь хорошо, – обиженно бубнит Вероника.
– Но ты же не должна жить в подвале.
– Я знаю. Я тоже давно хотела отсюда смотаться. Но пока некуда. Думала, мы уйдём куда-нибудь вместе.
Вероника глубоко вздыхает, замирает в нелепой позе и тревожно смотрит в его глаза. Он виновато отводит их в сторону.
– Вместе? Куда? Как я могу взять тебя с собой, если сам не знаю куда идти.
Вероника хмурит брови, между которыми появляется маленькая морщинка.
– Почему? Начнём новую жизнь.
– Потому что я ещё не знаю, куда пойду.
– Мне всё равно. Да и куда ты сейчас без меня. У тебя нет ни телефона, ни денег. Без меня ты пропадёшь. На улицах столько сумасшедших. Я пойду с тобой, – решительно заявляет она.
– Уже обыскала?
– Сейчас нельзя доверять никому.
– Спасибо тебе за всё. Не хватало, чтобы нас ещё здесь нашли. Меня же сочтут маньяком и упрячут за решётку.
– Если бы я хотела тебя сдать полиции, я бы уже сто раз это могла сделать.
– Это верно.
– Да вдвоём нам будет легче, – настаивает она с мольбой во взгляде.
Вероника пытается заглянуть в его лицо. На её глазах наворачиваются слезы. Она старается стереть их незаметно, но краска предательски выдаёт её намерения, оставляя следы чёрной краски от тонких пальцев.
Она вытаскивает из кармана рваные лоскутки бумаги со снимком и бросает перед ним. Александр разглядывает фотографию.
– Это же ты.
– Да я. Как видишь я – звезда. Меня ищет все вокруг. Да и тебя тоже, кстати.
Он комкает листок и поднимает глаза на Веронику. Они, не отрываясь, смотрят друг другу в глаза. Он обнимает её узкие плечи и тяжело вздыхает.
– А давай я к тебе завтра приду.
