– Не хочу ограничивать себя в выборе. – Рэйзеби сделал глоток шампанского.
Линвуд понимающе кивнул.
– Судя по книге пари клуба Уайтс, фаворитом считается мисс Фавершем.
Рэйзеби промолчал.
– Второй, с небольшим отрывом, идет леди Эсме Фрейзер.
– Есть партии и получше.
– Может быть, но ты, кажется, хватаешься за любой повод, чтобы отвергнуть подходящие кандидатуры.
Линвуд поднял бокал к свету, внимательно изучая содержимое.
Рэйзеби стиснул зубы.
– Вздор.
– Можно подумать, что твое сердце противится браку, Рэйзеби.
Его сердце? Рэйзеби вспомнил появление Элис в клубе Уайтс. Озорные искорки в ее глазах, теплое дыхание и легкое, дразнящее прикосновение нежных губ. Потом память перенесла его в игорный дом Драйдена и в Гайд-парк, где он так неожиданно встретился с ней. Вспомнил чувства, которые охватывали его каждый раз при встрече с Элис. Он на мгновение зажмурился и помотал головой, отгоняя прочь искушение.
– При чем тут сердце? – мрачно сказал он. – Этот брак призван упрочить мое положение, обеспечить будущее. Долг, мой друг, и ничего больше. Нам всем это хорошо известно.
– А Элис?
– Элис не имеет к этому никакого отношения, – слишком поспешно ответил Рэйзеби. – Между нами все кончено.
Если он повторит эти слова еще раз сто, может быть, и сам поверит в них.
– Это я уже слышал, – усмехнулся Линвуд. – Но я был в клубе Уайтс на вручении премий, и мне показалось, что между вами далеко не все кончено.
– Ты ошибаешься.
Линвуд внимательно посмотрел на Рэйзеби.
– Мы оба – взрослые люди и понимаем, как все устроено в этой жизни.
Линвуд упорно молчал.
– Черт побери, Линвуд! Нам с Элис приходится бывать в обществе. Чего ты ждешь? Что мы будем бросаться друг на друга с оскорблениями? Элис не такая. Я не такой.
– Это очевидно. – Линвуд едва заметно поднял брови. – И ты решительно не собираешься на завтрашний бал у Элмака?
– Ради бога, я – патрон благотворительного общества! Я не могу пропустить благотворительный бал. По стечению обстоятельств он совпал с балом у Элмака.
– Весьма прискорбно, – согласился Линвуд. Его лицо было бесстрастно, но Рэйзеби прекрасно знал, о чем думает его друг.
Проблема заключалась в том, что Линвуд был не так уж далек от истины.
– Ты уверена, Элис?
Венеция положила веер на туалетный столик в спальне Элис.
– Меня пригласил Фрю, да и повод хороший. – Элис вставила последнюю шпильку в прическу и, отвернувшись от зеркала, посмотрела на подругу. – Филантропическое общество помощи беднякам и бездомным Лондона.
– Тебе известно, что Рэйзеби – патрон этого общества?
– Разумеется.
– И это значит, что сегодня он там будет.
– А мне какое дело? Если я буду избегать тех мест, где он может появиться, я вообще из дома не выйду.
– Элис.
– Что? – Она попыталась напустить на себя невинный вид. – Это правда!
Это действительно была правда, просто не вся.
– Тебе не обязательно это делать.
Элис взглянула в глаза подруге.
– Нет, – твердо сказала она, – обязательно, Венеция. Если я буду избегать Рэйзеби, представляешь, какие слухи поползут по Лондону? Я не стану этого делать.
– Хочешь доказать всем, что он больше ничего для тебя не значит?
Доказать себе. И ему. Вот чего она хочет.
– Или хочешь наказать его? Показать ему, что он потерял? – спросила Венеция.
– Может быть, и то и другое. Я не боюсь встреч с ним, Венеция.
– Ты очень смелая, Элис Флэнниган. Я слышала, ты обчистила его у Драйдена.
– Я обыграла всех, – осторожно сказала Элис.
– В двадцать одно, – уточнила Венеция. – Это любимая игра Рэйзеби.
– И что? – Элис пожала плечами, но она знала, что Венеция прекрасно понимает значение этой игры для нее и для Рэйзеби.
– Ты затеяла с ним опасную игру.
– Мы оба играем в опасную игру, я и Рэйзеби.
– Исход таких игр не всегда удается просчитать.
Предупреждение Венеции, хотя и завуалированное, было вполне недвусмысленно.
– Может быть, но иногда приходится играть, хотя бы из гордости, – сказала Элис и посмотрела на Венецию. – Я не позволю Рэйзеби встать у меня на пути. А если он вдруг почувствует легкое сожаление, разве это так уж плохо?
– До тех пор, пока ты знаешь, что делаешь, Элис.
– Я знаю, поверь мне. Я намерена флиртовать с ним, как с остальными. Но это ничего не значит. Честно. – Она улыбнулась. – Ну, может быть, с другими я буду флиртовать чуть больше, просто чтобы позлить его.
Она поцеловала Венецию в щеку.
– Элис Флэнниган, ты неисправима.
Элис рассмеялась.
– Хочу кое-что сказать тебе сейчас, потому что на балу у меня такой возможности не будет. Наслаждайся вечером, танцуй с Линвудом, пока не закружится голова. Этот бал – благое дело. Если бы в Дублине существовало такое благотворительное общество, моей маме жилось бы гораздо легче. Остаться с тринадцатью детьми на руках, без крыши над головой – не очень-то приятно.
– Надеюсь, ты тоже получишь удовольствие от этого бала, Элис.
– О да, можешь не сомневаться.
– Ты уверена, что хочешь пойти туда с Фрю?
– Я знаю, как обращаться с ним. Он получит несколько танцев и ничего больше.
Подруги рассмеялись. Обе знали, что Элис может постоять за себя.
