Элис сидела в ложе рядом с Тилли, Эллен и еще четырьмя женщинами, смотрела на сцену, но не видела ничего из происходящего там. Это платье привело его сюда, подумала она. Оно и правда волшебное. Элис не знала, радоваться ей или печалиться.
– Я рада, что мы уговорили тебя пойти с нами. – Тилли взяла Элис под руку. – Нельзя было оставлять тебя в четырех стенах в субботу вечером. Чем бы ты занималась сейчас? Мебель полировала? Не понимаю, почему бы не поручить это занятие горничным?
– Мне нравится полировать дерево. Это дает мне чувство удовлетворения.
Элис не сказала, что бралась за это занятие потому, что ей не удавалось избавиться от тягостных мыслей.
– Я тоже люблю полировать дерево, – заявила Эллен. – Правда, не совсем то, о котором вы говорите.
Она кокетливо посмотрела на подруг, намекая на двусмысленность своих слов. Все рассмеялись. Включая Элис.
Элис упорно смотрела на сцену и ни разу не повернула голову, чтобы взглянуть на ложу Рэйзеби, но она знала, что он там. Эллен часто посматривала туда, и женщины обменивались многозначительными взглядами, думая, что Элис этого не замечает.
Тилли склонилась к ней и сказала, понизив голос:
– Мы не знали, что он будет здесь, да еще с мисс Даррингтон, честное слово!
– Кто? – спросила Элис, как будто речь могла идти о каком-то другом мужчине.
Тилли улыбнулась:
– Так держать, девочка. Покажи ему!
Элис выдавила из себя улыбку.
Они смотрели пьесу Шекспира «Все хорошо, что хорошо кончается» о простолюдинке, полюбившей дворянина, который не мог на ней жениться.
– …все равно, что полюбить звезду и с ней о браке мечтать. – сказала главная героиня, Елена.
Эти слова затронули самые чувствительные струны в душе Элис. Ведь то же самое она могла сказать о себе и Рэйзеби. Ей стоило больших усилий не выдать обуревавшие ее чувства.
Она не осмеливалась отвести взгляд от сцены, чтобы не взглянуть случайно в сторону ложи, где сидели Рэйзеби и мисс Даррингтон. Глаза Элис защипало от слез, в горле возник комок. Ей удалось высидеть первый акт и большую часть второго, но потом она поняла, что, если немедленно не покинет зрительный зал, рискует разрыдаться на публике.
– Я выйду в дамскую комнату, скоро вернусь, – прошептала она Эллен.
– Хочешь, я пойду с тобой? – спросила Эллен.
Элис покачала головой:
– Я всего на несколько минут.
Она выскользнула из ложи и поспешно прошла в фойе. Ей нужно было место, в котором ее никто не потревожил бы. Всего на несколько минут, чтобы успокоиться. Элис понимала, что не может вечно прятаться от Рэйзеби, но надеялась, что со временем ей станет легче. Должно стать легче. Иначе у нее просто не хватит сил.
В фойе было тихо и безлюдно. Из зала сюда доносились едва слышные реплики актеров и чуть более громкая реакция публики. Элис прислонилась к стене и закрыла глаза, пытаясь собраться с силами, чтобы продержаться остаток вечера.
– Элис.
Сначала ей показалось, что этот голос звучит в ее воображении. Сердце пропустило удар, потом забилось, как птица в клетке. Она открыла глаза и увидела перед собой Рэйзеби.
– Я видел, как ты вышла из ложи. Тебе нехорошо?
– Со мной все в порядке, – ответила она и попыталась улыбнуться, но онемевшие губы не слушались ее. – Мне просто нужен был глоток свежего воздуха, только и всего.
Они смотрели друг на друга, забыв о том, что находятся в театре. Им казалось, что они одни в целом мире, и даже шум из зрительного зала не долетал до них.
– Ты несколько дней не выходила на сцену.
– Это идея Кембла. Он решил подогреть интерес публики.
– Куда же его еще подогревать? Когда ты на сцене, в зале нет ни одного свободного места, – удивился Рэйзеби.
Она промолчала, не зная, что ответить.
– В последнее время ты нигде не бываешь, тебя не видно на балах…
– Я решила отдохнуть.
– Я знаю, ты избегаешь меня, Элис.
Она покачала головой, не отрывая взгляда от его лица. Под его глазами залегли тени.
– Ты выглядишь усталым, Рэйзеби.
– Мне все это говорят.
– Мне жаль, – тихо сказала она.
– Мне тоже, – ответил он, и Элис знала, что речь не об усталости.
– Мне нужно вернуться в зал. Девочки будут волноваться.
Она сделала несколько шагов.
– Насчет всех этих платьев в твоем шкафу…
– Не надо, Рэйзеби… пожалуйста.
– Не здесь?
Он в комичном удивлении поднял брови и улыбнулся.
– Определенно не здесь, – улыбнулась она в ответ.
Они смотрели друг на друга, и притяжение между ними было физически ощутимо.
– Я знаю причину, Элис.
– Нет, – прошептала она, закрыла глаза и покачала головой.
– Я думал, что видеть тебя и не обладать тобой – это мучение, но не видеть тебя – вот истинная пытка.
– Я чувствую то же самое. – Она прижала пальцы к вискам. – Но мы не можем продолжать.
– Я не могу остановиться, Элис.
Она посмотрела на него. На его лице не было улыбки, только искренность и едва сдерживаемое желание.
Тишина словно оглушила их.
Он шагнул к ней, не сводя глаз с ее лица.
– Я скучаю по тебе, Элис. Я не могу без тебя.
Он стоял так близко, что она видела золотистые искорки в его карих глазах, темные ресницы, чувствовала его запах, который сводил ее с ума каждую ночь. в снах. Она не могла, да и не хотела скрывать свои чувства.
