– Завтрак готовишь? – спросил я изумленно.
– Это наш Яшка стучит пустой мисочкой, – крикнула она. – Чем-то недоволен.
– Может, тем, – предположил я, – что пустая?
– Скажите пожалуйста, – изумилась она, – он что, каждый день у тебя ест?
– А может и два раза, – сообщил я. – И три. Даже четыре… Думаю, он вообще может жрать с утра до ночи, а ночью тоже… Чем так вкусно пахнет?
– Это я какую-то подливу разлила, – сообщила она. – Стояла у тебя где попало. Кто так ставит, кто так ставит?.. Ничего, Яшка все слизал.
– Ты что? – спросил я в испуге. – Он мог бы отравиться! Сама не могла слизать?
– Под стол затекло, – сообщила она. – И под кровать. Смотри не поскользнись… А то прилипнешь…
– Так он же слизал?
– Ну а вдруг…
Я утопал в ванную, оттуда крикнул:
– Анализы еще не пришли?
– Через десять минут будут готовы, – сообщила она. – Как раз закончишь там трудиться. Глазки только побереги, чтоб не лопнули.
– Нет уж, – возразил я, – сперва поем.
Завтрак она изготовила в самом деле восхитительный, вот уж не думал, что десантница что-то может еще, кроме швыряния ножей и ударов ногой в пах.
– Прекрасно, – одобрил я. – Ты вообще-то… женщина!
– Только сейчас заметил? – поинтересовалась она. – Внимательный, как все мужчины.
– Конечно, внимательный, – подтвердил я. – Только Яшки не вижу.
– Налопался и убежал, – ответила она и добавила язвительно: – Как все мужчины. Кофе с сахаром?
– А что, – изумился я, – бывает и без сахара? Без сахара это не кофе! И покрепче. Если сумеешь.
– Я все умею, – похвалилась она. – Мог бы и заметить, внимательный ты наш с Яшкой… Оп, есть сигнал! Анализы готовы. Сперва кофе?
– Одно другому не мешает, – сообщил я. – Давай все. И гренки с сыром. Потолще.
После завтрака она, как ни жаждала ухватить распечатку с анализами, но, чтобы уесть меня и досадить, демонстративно пошла мыть посуду, а я погрузился в дебри химических формул, в которых ни уха ни рыла, но зато могу постоянно сверяться в Инете, в первую очередь с теми, кто занимается аналогичными разработками.
Я торопился, но не успел, она посуду помыла раньше, если, конечно, помыла, моя посудомоечная машина все делает сама и не любит, когда у нее перехватывают работу, это оскорбительно, ибо по меньшей мере это проявление недоверия к машинному интеллекту.
Похоже, она хотела запросить своих аналитиков, но я это заметил и в последний момент сказал скромно:
– Нашел.
Она спросила жадно и недоверчиво:
– Что?
– Несостыковочку, – пояснил я с еще большей скромностью, что паче гордыни. – Тот фронт работ, что у них заявлен, не может быть выполнен за неделю.
– Ты… уверен?
– Как и в том, что я красавец. Понимаешь, выделить из крови необходимые элементы можно за несколько секунд, но чтобы найти нужную мишень в генах, уже понадобится с неделю. Но это еще не все! Чтобы перепрограммировать, а проще говоря, поверх намеченного участка записать нужную последовательность генов… это еще пару недель. А потом с месяц ждать, пока ткань разрастется, чтобы пихнуть в капсулу и вручить пациенту. Это я теперь упрощенно, на пальцах, на самом деле все сложнее.
Она спросила с недоверием:
– И ты все понял?
– Запросто, – ответил я, но, посмотрел в ее напрягшееся лицо, сказал легко: – По готовой расчищенной дорожке любой пройдет без проблем. Это же не творить открытия! В общем, ты поняла?
Она зыркнула быстро, на лице сомнение, что вот так быстро прошла бы и по расчищенной дорожке в саду науки, медленно наклонила голову.
– Если я верно поняла, на все это понадобилось бы больше месяца, а Ширли выдавала эти чудо-капсулы через неделю?
Я кивнул.
– Вот именно. Что в этих капсулах, не знаю, но точно не то, что заявлено. Может быть, что-то хорошее. Знаешь, чтобы не обосра… не опозориться, хорошо бы навестить тех, кто принимает… желательно давно принимает.
Она спросила настороженно:
– Чего-то ждешь?
– Могут быть побочки, – пояснил я. – Если заметим, у тебя будет право арестовать его на месте. Я имею в виду более заметные побочки, чем просто пожелтевшая кожа.
– Так, – сказала она деловито и повеселев, – а если побочка полезная?
Мне показалось, сказала с ехидцей, потому ответил деревянно полицейски:
– Любой препарат должен соответствовать своему описанию. Если от кашля, то должен лечить кашель и ничего больше, а не давать красоту и молодость в придачу! Это нарушение прав потребителя. Ты обязана хватать и не пущать. Или тащить, не помню, что у вас там в инструкции про утопший труп мертвого человека…
Она посмотрела искоса.
– Мне твой юмор непонятен, морда. Но в целом верно: все должно строго соответствовать заявленному действию препарата. И хотя сейчас хитрецы пишут мелким шрифтом насчет некоторых побочных явлений, но обязаны все перечислить без всяких «…и проч». Если его нет в прилагаемой инструкции, то…
– Поздравляю, – сказал я. – Ты все раскрутила! И распутала.
Она посмотрела на меня с некоторым колебанием.
– Да, сейчас есть за что зацепиться. Ладно, будем великодушны: ты тоже в чем-то помог… по мелочи. Уж и не помню в чем.
– Не мешал, – подсказал я. – Особенно.
