Любовный дурман полностью

Ее разбудили теплые, ласковые лучи солнца. Она открыла глаза и принялась удивленно рассматривать незнакомую комнату. Ослепительные лучи проникали сквозь жалюзи и чертили на плиточном полу золотые полоски. Африканское золото. А ведь только вчера она шла по бетонному полу лондонского аэропорта под холодным февральским дождем.

Медленно очнувшись ото сна, Элисон припомнила длинный и утомительный перелет, когда огромный самолет, казалось, застыл среди серых облаков. Однажды она успела заметить заснеженные вершины гор. Альпы? Или Пиренеи? Элисон не решилась будить задремавшего отца. Потом опять пошли бесконечные серые облака, и наконец появилось темно-синее море. Самолет начал терять высоту, и вот они уже в Алжире – ослепительно-белом солнечном городе. Элисон с разочарованием отметила, что аэропорт ничем не отличается от любого другого, но зато их встречал сам шейх Ахмед Аль-Рашид – высокий, могучий старик в традиционном арабском одеянии с пронзительными, но добрыми глазами, глядящими из-под седых бровей.

Сложив ладони в мусульманском приветствии, он обратился к ним:

– Профессор Уоррендер, большая честь для меня! А это ваша очаровательная дочь?

Учтивый поклон заставил Элисон почувствовать себя королевой. Может, сделать реверанс? Как вообще надо себя вести в присутствии шейха?

В аэропорту их уже поджидал старинный «роллс-ройс», за рулем которого сидел худощавый араб. Распахивая дверцу машины, он тоже низко поклонился почетным гостям, с уважением поглядывая на профессора, который приехал, чтобы превратить пустыню в цветущий сад.

Элисон хотелось ненадолго остаться в Алжире, ведь она почти ничего не успела рассмотреть из окна машины, которая уносила их прочь от этого города по отличному шоссе под алеющим вечерним небом. Быстро сгущались сумерки. В полумраке виднелись сочные зеленые поля и белые арабские деревушки. Когда они въехали в глубокое ущелье, каких много в горах Атласа, стало совсем темно, и дорогу освещали лишь фары машины. Шоссе давно осталось позади, уступив место грубой дороге. Элисон устало прислушивалась к разговору отца с шейхом. Старик говорил на безупречном английском языке. Оказывается, давным-давно он учился в частной школе в Англии. «Мой отец уважал англичан и не желал перенимать обычаи наших правителей-французов», – пояснил шейх.

– Но теперь французов больше нет, – напомнил профессор.

– Да, несколько лет назад мы обрели независимость, но нам по-прежнему приходится спасать нашу древнюю культуру от галлов. Я считаю, что нам есть чему поучится у Англии. – Шейх читал английские газеты и регулярно слушал новости. Именно по каналу Би-би-си передавали отрывки из лекции профессора Уоррендера, посвященной лесовозобновлению. – Тогда я понял, что вы должны приехать сюда, – величественно произнес старик.

Они заговорили об опасности, которую несут в себе наступающие пески. Повсюду в Северной Африке плодородным землям угрожали медленно, но неустанно движущиеся золотые дюны. Необходимо было посадить тысячи деревьев, чтобы укрепить почву и создать особый микроклимат. Этой весной Джону Уоррендеру предстояло организовать посадку саженцев ценных пород в королевстве шейха. В прошлом местные лесоводы потерпели множество неудач из-за недостатка опыта.

– Но теперь вы будете руководить нами! – радостно восклицал шейх.

Элисон с интересом прислушивалась к разговору. Возможно, шейх и властный, как подобает повелителю страны, но у него доброе сердце, и он искренне желает своей маленькой стране процветания, счастья. Он не так богат, как все другие шейхи, владеющие нефтяными скважинами. Доходы приносит лишь сельское хозяйство, и именно на эту отрасль он возлагает большие надежды. Но дела идут медленно. В стране по-прежнему царят бедность и невежество.

– Вы поможете мне покончить с ними, дорогой профессор!

Приглашение шейха пришло как раз в тот момент, когда профессор медленно выздоравливал после гриппа и с радостью ухватился за возможность провести несколько недель в теплом африканском климате. Ему не составило труда взять недолгий отпуск в провинциальном университете, где он преподавал, а шейх милостиво позволил ему привезти с собой старшую дочь, чтобы она помогала отцу по хозяйству в отведенной для них вилле.

Так они оказались в оазисе под названием Сиди-Бу-Кеф. Встав с постели, Элисон наступила на леопардовую шкуру, которая показалась ей совсем живой. Было слишком рано, чтобы будить отца или ожидать обещанной Лаллой, служанкой с темными миндалевидными глазами, чашки чая. Самое время немного осмотреться. Накануне вечером, сразу же после ужина, сервированного в довольно пустой, но уютной гостиной с розовыми стенами, Элисон тут же легла в постель.

– Эта вилла не блещет роскошью, – извинился шейх, – но надеюсь, вам здесь будет удобно.