Это была чудесная неделя, которая доставила мне больше радости, чем я могла себе представить.
Думаю, основное отличие заключалось в том, что я ни разу не почувствовала себя одинокой. Салливан всегда был рядом, через две двери в коридоре или на расстоянии телефонного звонка.
И, возможно, мне стоит быть в ужасе от того, что все, что у меня есть — это еще пара дней. У моего счастья есть срок годности; рано или поздно это закончится. И Риз, наверное, прав: когда это случится, я буду чертовски опустошена.
Но я уже была несчастна.
Теперь, по крайней мере, у меня будет одна невероятная неделя воспоминаний.
Я бы ни за что не отдала ее назад.
И я приму все дополнительные дни, которые мне подарят. Даже если я знаю, что это временно. Даже если будет чертовски больно, когда все закончится.
Теперь я смирилась с этим. Потому что это лучше, чем если бы это вообще не произошло.
Салливана не так легко убедить. У него все еще страдальческое выражение лица.
- Риз может быть прав. Если Ангус поймет, что ты ему солгала…
- Он не узнает.
Салли сжимает челюсть, размышляя, засунув руки в карманы.
Наконец он говорит:
- Ты ничего не сказала Мартинике?
- Нет, конечно, нет. Я обещала тебе, что не скажу.
- Хорошо.
Он выглядит напряженным и скованным, что кажется мне забавным. Салли совсем не волновался, когда мы ввязались в эту авантюру. Но теперь он беспокоится обо мне.
- Все будет хорошо, - заверяю я его. - Ты покажешь участок Ангусу на этой неделе. Ты так убедителен, что сможешь завершить все это дело к пятнице.
Салли разражается резким смехом.
- Не дави на меня!
Я пожимаю плечами и говорю:
- Я в тебя верю.
Салливан наклоняет голову, изучая мое лицо.
- Спасибо. Это очень много для меня значит.
- Я не тороплю тебя, но чувствую уверенность. Я никогда не видела Ангуса таким взволнованным. Когда мы начинали, я думала, что ты сошел с ума, но после того двойного свидания чувствую себя как никогда уверенной, что это действительно может сработать.
Салли наконец-то улыбается, эта улыбка, которая, кажется, согревает каждую клетку моего тела, когда она распространяется по его лицу.
- Ты меня убедила, как тебе удается так быстро поднять мне настроение?
Он делает шаг ко мне, словно хочет обнять меня, но останавливается.
Я пытаюсь скрыть, как сильно я обрадовалась и даже раскрыла объятия.
Теперь мы оба избегаем взглядов на друг друга.
Улыбка Салли исчезает.
- Нам, наверное, стоит завязать с нашими шалостями. Это может все… усложнить.
- Точно, - говорю я, всей душой проклиная румянец на своем лице. - Я думала о том же.
Это дерьмовая, блядь, ложь, которая нарушает наше соглашение.
- Ладно, я думала совсем не об этом, - признаю я. - Но ты, наверное, прав.
- Это к лучшему, - расстроенно говорит Салливан.
Он смещается, его руки опущены по бокам, а кончики пальцев почти касаются моих.
Я смотрю ему в лицо, и желание дотянуться до густых черных волос, спадающих ему на глаза, почти непреодолимо.
Но я смогла устоять.
И он тоже.
Мы оба ложимся спать в одиночестве, как маленькие добрые заговорщики.
Тео
В понедельник утром Салли снова предлагает подвезти меня на работу, что быстро становится одной из моих любимых привычек. Я ненавижу водить машину, и мне нравится, когда меня возят, как принцессу. Это делает мое утро гораздо менее напряженным, особенно после мирного получаса чтения заголовков Салливану в солнечном кухонном уголке, пока он с помощью своей модной эспрессо-машины готовит лучший чертов латте, который я когда-либо пробовала.
Или, по крайней мере, все было спокойно, пока не вошел Риз в трусах-боксерах, с волосами, торчащими вверх, и примерно двадцатью процентами утренней эрекции.
- Риз, какого черта! - кричит Салли.
- Упс, черт, я забыл, - смеется Риз, открывая дверцу холодильника, чтобы скрыть нижнюю половину тела. - Не то чтобы это было что-то, чего Тео не видела, да, Тео?
На самом деле я еще не видела оснащения Салливана, хотя не могу отрицать, что представляла его себе примерно девять тысяч раз.
На самом деле… я не особо сержусь на Риза за то, что он дал мне новую точку отсчета для моих ночных фантазий.
- Когда он на твоем теле, все немного иначе, - замечаю я, выглядывая из-за пальцев.
- Совсем не отличается, - торжественно говорит Риз. - Мы измеряли.
- Хватит нести чушь, - говорит Салливан. - И иди надень штаны. И рубашку.
- И
- Извини за это, - говорит Салли, пока его брат выходит из кухни, все еще ворча.
- Никаких проблем. — Я бросаю на него озорной взгляд. - Тебе повезло, что Риз не вышел голым, похоже, он нудист. Тогда я знала бы все твои секреты…
Салливан хмурится.
- Не подбрасывай ему никаких идей.
- Хочешь кекс в дорогу? - Сегодня утром я испекла банановый с шоколадной крошкой.
- Лучше не надо, - Салливан похлопывает себя по животу, провожая кекс тоскливым взглядом. - Если я не буду следить за тем, что я ем, то скоро превращусь в толстого близнеца.
- Не волнуйся, девушкам нравится крепкие задницы.
- Да ну? - Он ухмыляется. - В таком случае дай два.
