- Неужели в это так трудно поверить? - Тревога заставляет мой голос звучать напряженно, он словно пронизан чем-то еще, чем-то более глубоким и сжимающим.
Дэвис говорит со мной, как с прежней Тео. И смотрит на меня так же. И это заставляет меня снова чувствовать себя ботаником, фриком, вызывающим сочувствие… той, с кем Салливан никогда бы не стал встречаться.
- Это немного удивительно, - говорит Дэвис.
- И почему же?
- Потому что он животное, Тео! Ты же видела, что он со мной сделал.
Я видела. Салливан схватил Дэвиса за воротник рубашки, сорвал его со стула, вытащил за спортзал и избил до полусмерти. Без единого слова. Даже без предупреждения.
Тогда я подумала, что это свидетельство того, что Салливан был таким же злым, как и выглядел. Это, конечно, соответствовало его грубости и вечно испорченному настроению.
Но это совершенно не вяжется с тем, что я знаю о нем сейчас.
- Что послужило причиной той драки?
Выражение лица Дэвиса становится шокированным и обиженным.
- Не было никакой причины, я же сказал! Он напал на меня ни с того ни с сего. Я думал, мы друзья!
Это не имеет смысла, хотя, если судить по взгляду, которым Салливан смотрит на Дэвиса с другого конца комнаты, кажется, что мы на пороге второго раунда избиения. Салли был хулиганом в школе. Но только один раз я видела, чтобы он напал на кого-то первым.
- Он ничего не сказал? Даже после?
- Нет! - настаивает Дэвис. - Мы больше никогда не разговаривали. Мои родители хотели возбудить дело, но я… - Он делает паузу, поправляет себя. - Я сказал им не делать этого.
- Почему?
- Потому что раньше мы были друзьями. И я решил, что у него и так все плохо после того, что случилось с… ну, ты понимаешь. - Дэвис неловко пожимает плечами.
Мать Салливана только что убили. Может, поэтому он и сорвался. Но что-то все равно не так.
Жара в комнате продолжает нарастать. Пот струится по моему позвоночнику. Я вижу Карла Блайта, Маркуса Фергюсона, девочку из моего класса физкультуры… знакомые лица, отягощенные возрастом, весом и новыми прическами. Прошедшее десятилетие — это кривое зеркало, исказившее и деформировавшее моих одноклассников.
Салливан сидит в ловушке на другом конце комнаты с Ангусом и совершенно не слушает, что говорит ему на ухо мой босс, его темный взгляд то и дело возвращается ко мне и Дэвису.
Он выглядит рассерженным.
Кажется, что комната сжимается… Я знаю, что это ловушка, но не представляю, когда она захлопнется.
- Как давно вы встречаетесь? - Дэвис подходит ближе. - Потому что если это несерьезно…
- Извини. - Я только что заметила Мартинику. Пробившись сквозь толпу, я хватаю ее за руку.
- Привет! - щебечет она. - Ты…
- Здесь полно людей из моей школы.
- Что ты имеешь в виду?
- Она, она, он… - Я указываю глазами, в то время как Мартиника, как всегда действующая незаметно, поворачивается всем телом и щурится, словно пытается прочитать тест на зрение.
- Я не приглашала никого из этих людей.
-
- Наслаждаешься вечеринкой? - мурлычет Джессика, пробиваясь сквозь толпу, как ледокол.
Иногда я думаю, что Джессика — источник всех этих голливудских слухов о пожирании младенцев: чем злее она ведет себя, тем красивее становится. Сегодня она действительно превзошла саму себя, сделав макияж с блестками и нарастив волосы до пояса. В туфлях на платформе и халате-кимоно она похожа на космическую императрицу, словно ее должны нести на паланкине несколько мускулистых мужчин без рубашек.
Это пугает. Даже Мартиника выглядит испуганной.
- Я спросила Консуэлу, нет ли у нее еще…
Джессика прерывает Мартинику, словно ее не существует, ее бледные глаза смотрят только на меня.
- Я подумала, что тебя впечатлило, сколько твоих школьных друзей мне удалось разыскать.
- Я просто ошеломлена.
Если бы Джессика вкладывала в свою музыку столько же усилий, сколько в свою злобу, сингл, играющий на повторе по всему дому, мог бы быть терпимым, а не мучительным.
Она улыбается, как кошка, рот искривляется в ухмылке, зеленые глаза широко раскрыты и не мигают.
- Я разговаривала с ними всю ночь напролет… копала компромат на Тео Махони. Но это трагично, правда… половина из них даже не помнит тебя.
Она бросает на меня жалостливый взгляд, но в нем нет жалости, только веселье и презрение.
- Не могу сказать, что удивлена подтверждением того, что ты была занудой и неуклюжей неудачницей. Мало что изменилось, разве что кто-то научил тебя лучше одеваться.
Ее глаза опускаются к платью цвета океана, которое выбрал и оплатил Салли. Мое лицо горит.
Даже для Мартиники это перебор.
- Знаешь, что, Джессика…
Джессика мгновенно набрасывается на нее.
- Тебе лучше хорошенько подумать о том, что ты скажешь дальше. Ангус уже близок к тому, чтобы уволить тебя в следующий раз, когда ты опоздаешь. - Она щелкает пальцами перед лицом Мартиники. - Так что, если не хочешь изнашивать эти поддельные туфли в поисках работы, лучше верни свою задницу на кухню.
