- Я узнала о Новом мире совершенно случайно, пол года назад. - Начала Су. - Когда у меня была практика на полях. Это ты все время просиживала в библиотеках и архивах, черпая новые знания. А я приобретала опыт по озеленению городов и полей, ты же в курсе, какую профессию я хотела выбрать. - Я кивнула головой, не желая перебивать. Су улыбнулась и продолжила. - Я познакомилась с очень симпатичной маленькой девочкой, она сидела на скамейке, отдельно от нас, и все время напевала чудную песенку. Я, несколько дней, не решалась к ней подойти с расспросами. Но потом заметила, что она не против поболтать, если с ней разговаривали, и решилась. Она мне рассказала, что эта песня, пришла к нам из Нового мира. Я тогда не поняла о чем она. А после, она начала рассказывать о том, как здесь все устроено. Я думала - это фантазии ребенка. Но, рассказ был настолько подробен, никто не смог бы такое сочинить. И я слушала, день за днем подсаживаясь к ней. Когда, пришло время уезжать, я решила, что обязательно должна его увидеть своими глазами. Обдумывая разные планы, я расспрашивала маму о системе города. Она увлеченно рассказывала, думая, что я наконец взялась за учебу. Я не могла найти выхода из города, единственный выход был аттестация, но это означало поездку в Новый город. А это не входило в мои планы. - Я не вытерпела и перебила с расспросами.
- Но почему ты мне ничего не рассказала, почему не поделилась со мной своими планами?
- Ты бы тогда меня не поняла, - грустно вздохнув, ответила она. - Ты была настолько увлечена своим будущим, своей профессией историка, что я не смела это у тебя забрать, а меня одну, ты бы не бросила, я права? - Немного подумав, я кивнула. Она права, я бы бросила все, чтобы помочь подруге, даже рискнула бы потерять все. - Вот и я так подумала. А потом, я потеряла всякую надежду выбраться. Иногда я отчаивалась, и тогда вся история казалась мне выдумкой маленькой девочки. Но, я черпала силу в воспоминаниях о рассказах и продолжала пытаться. Единственный вариант, который у меня был - это аттестация. Мама, никогда не рассказывала мне о тех, кто не прошел ее. Она что-то умалчивала, и это был единственный слепой участок, который я должна была использовать. В ночь, перед аттестацией, я тоже не спала, я волновалась, но не по поводу ее прохождения, а наоборот. Пока мама была на смене, я стащила из продуктовой камеры трехдневную порцию еды в контейнерах и все их съела. Мне было плохо и я знала, что это как-то отразиться на моих анализах, как тогда, в нашем походе, после того как мы получили отравление и лежали в больнице. К утру мне стало лучше, но процесс уже пошел и изменить что-то было нельзя. Я была решительно настроена. А когда служащая, которая брала кровь на анализ, округлила глаза, смотря на меня и мои результаты, я поняла, что мой план удался. Она тогда так быстро покинула эту страшную белую комнату, а потом прибежала моя мама и начала расспросы. Я не решилась ей признаться, просто удивлялась вместе с ней. Она знала, чего следует ожидать. Я лишь догадывалась. Меня увезли так быстро, что я даже не успела попрощаться с тобой и мамой, мне только дали собрать вещи, даже не разрешили отвечать на вызовы с панели. Я еле уговорила служащую, передать тебе прощальное письмо. Она хорошо знала мою маму и согласилась сделать это для меня. Я подробно рассказала ей по какому адресу и куда следует подсунуть записку, а меня повезли к краю города. Тогда я поняла, что не прошедших аттестацию, людей с плохими анализами, не способных дать городу здоровое потомство не отправляют на полевые работы, а просто выбрасывают за купол.
- Как? - Ошеломленно задаю я вопрос, не в силах сдержаться. - Как выбрасывают? Ты не шутишь? - Уточняю я у Су.
- Меня бы здесь не было, если бы это была шутка. - Поясняет она мне и я киваю, соглашаясь с ней. - Мне было страшно, но я была свободна и счастлива. - Продолжает она свою историю. - Я подробно не знала, куда мне идти, но по описанию девочки, мне нужно было следовать за уходящим солнцем до высокой стены и ждать, когда меня заберут. И я шла. Я пугалась солнца и пряталась от него под деревьями, но когда увидела птиц, то поняла, что мир не опасен. А после того, как я целый день, провела, шагая по открытой местности, вдыхая этот воздух, мне стало ясно, что все время нам врали. Это под куполом теперь стало небезопасно.
Все это время, он вбирал в себя отравления и теперь, видимо, отдает это городу. Людям давно следовало покинуть убежище, но они как привязанные, не могут оставить нажитое, не хотят что-то менять, понемногу чахнут, даже не замечая этого. Вместо того, чтобы выбираться от туда, они придумывают лекарства, для того чтобы жить с этим. Например - еда. Она у нас была строго дозирована, расписана по минутам. Теперь я знаю, что они подмешивали нам лекарства, усыпляя наши чувства, подавляя желания и поддерживая иммунитет. -Су, остановилась, а я ошеломленно смотрела то на нее, то на Тима.
Тим кивнул, подтверждая сказанное, и добавил:
