— Буш провозгласил победу в холодной войне, и это все определило. Они решили, что, если они победили, то могут диктовать свою волю. Но внезапно выяснилось, что не все готовы жить по их правилам. Усилия Путина не увенчались успехом. А теперь мы все пожинаем плоды недальновидной политики Запада, — сказал Якунин, добавив, что санкции, которые Запад ввел против России после вторжения в Украину, лишь обострили это противостояние: — Вы же хорошо знаете русских. Мы, возможно, ленивые, много пьем. Можем исколоть себя до крови. Но когда появляется внешняя угроза — и это наш генетический код, — сражаться идет и стар и млад. Эти санкции сплотили российское общество сильнее, чем любая информационная кампания Кремля. Почему мы должны утираться, когда в нас плюют? Введение санкций фактически было объявлением войны.
Противостояние России и Запада обострялось. У администрации Обамы росла обеспокоенность ростом влияния путинского режима. Одним из наиболее активных оппонентов стал вице-президент Джо Байден. Он утверждал, что Кремль в своих геополитических стратегических операциях может использовать лояльных миллиардеров, а коррупция — это способ подрыва демократических режимов.
— Коррупция — это новый инструмент внешней политики, — сказал Байден. — Никогда ранее она не была такой полезной и удобной для стран, стремящихся внести раскол в мировой порядок при содействии олигархов. Это как криптонит функционирующей демократии. Сделаны стратегические и экономические ставки. Россия и другие страны используют коррупцию и олигархов как инструмент принуждения.
Для западных экспертов по России настало время неприятных размышлений. Первые тревожные звонки в отношении истинной природы путинского режима прозвучали в ноябре 2006 года. Министерство юстиции США и ФБР больше не могли игнорировать очевидное. После отравления полонием в муках умер бывший офицер ФСБ Александр Литвиненко, который раньше работал в Испании и занимался расследованием дел русской мафии. При его содействии прокуратура смогла выследить группировку по отмыванию денег, в которую входили члены Тамбовской ОПГ — той самой, с которой Путин сотрудничал в Петербурге. Находки прокуратуры, в том числе результаты прослушивания телефонных разговоров, были ошеломляющими. Главари группировки, включая бывшего акционера банка «Россия» Геннадия Петрова, находились в постоянном контакте с высокопоставленными лицами российской правоохранительной системы. Одним звонком можно было, например, остановить расследование, которое подбиралось к фигурантам слишком близко, или надавить на таможню и организовать пропуск грузов через петербургский морской порт, который оставался шлюзом для наркотрафика в Европу. За счет выплат старшим офицерам можно было расправиться с конкурентами, отправив их под арест, и изъять улики из правительственных баз данных. Петров регулярно общался с российским министром обороны, тоже выходцем из Петербурга.
Как заявил следователь прокуратуры Испании коллегам из Минюста США, Россия — «это, по сути, мафиозное государство». Альянс, который сформировался в мэрии Санкт-Петербурга, теперь распространил свою власть на всю Россию: представители ОПГ действовали в связке с высокопоставленными сотрудниками спецслужб. Деятельность Тамбовской группировки в Испании включала торговлю наркотиками и контрабанду оружия. Как сказал бывший офицер военной разведки Антон Суриков, этот форпост позволял контролировать нелегальные каналы продажи оружия в Сирию и Иран.
Российская организованная преступность фактически слилась с властью, и это вызывало все большее беспокойство. Участились операции российской разведки на Западе. В 2010 году ФБР обвинило в шпионаже десятерых россиян. Среди них была рыжеволосая
— Русских агентов разведки в США гораздо больше, чем вы думаете, — сказал офицер.
Однако, все еще питая надежды на перезагрузку отношений с Россией во время президентства Медведева, администрация Обамы решила не обращать внимания на многочисленные предостережения экспертов.
— У них был реальный интерес к перезагрузке, — сказал Фрэнк Монтойя-младший, на тот момент глава отдела контрразведки ФБР. — Отчасти они рассчитывали на то, что смогут влиять на российскую политику через Медведева и это будет совсем другой мир.
