- Проклятый идиот... Идиот... - повторял он снова и снова сквозь плотно сжатые от ярости зубы, вытряхивая пустой барабан и вставляя на его место новый. - Всех нас подставил...
Наемники с "Ленивой М" покупали табак в лавке Юджина Марсвела, когда услышали выстрелы и поспешили к заведению Линдейла, зная, что там были их друзья, которых послали заказать для всех выпивку и к которым они должны были вскоре присоединиться. Ворвавшись в салун, ковбои обнаружили там два трупа, которые тащили к дверям добровольцы, и бармена, сметающего кровавые опилки с пола. Не сговариваясь, парни с "Ленивой М" вышли на улицу и отправились на поиски людей из Сван-вэлли, каких, им было все равно, испытывая острую потребность отомстить. Они открыли огонь, как только увидели лица не из своего лагеря. Падая в снег, Морган успел заметить пятерых; у одного был шарпс.
Снег сверкал под редкими лучами солнца, пробившими блокаду туч; резкий запах пота мешался с запахом снега и металлическим привкусом крови. Застигнутые было врасплох, но пришедшие в себя люди Уилберна спешно подыскивали укрытие, нападающие тоже рассеялись, занимая более безопасные позиции. Лежа неподвижно, Морган аккуратно стер налипшие на ресницы холодные хлопья и внезапно увидел Линдейла, подпиравшего спиной столбик веранды на другой стороне улицы, с сигарой в зубах, револьвером, спрятанным за спиной; на его лице было холодное любопытство и ничего более. "Надо убираться отсюда", - решение пришло внезапно, как тогда, при Бул-Ране. "Это не моя война". Он слушал грохот перестрелки, то затихавший, то опять набиравший силу, вдавив свое начавшее коченеть тело в ледяную выбоину. Морган не хотел лишний раз рисковать, высовывая голову, просто лежал, слушая свист пуль, и ждал подходящего момента. Он не видел, как укрывшийся за обледенелой бочкой под водостоком Мортимер, сжимая в обеих руках револьверы, задыхался, зажмурившись, чтобы сдержать слезы. Нанимаясь к поселенцам, он думал, что будет всего лишь отваживать воров от чужого стада - работа, к которой он привык с детства, да передавать кое-какую информацию брату, но никак не ожидал такого. Около него лежал Бен, задумчиво разглядывавший небо неподвижными зрачками, а еще, до того как спрятаться, он видел славного веселого парня с добрыми глазами, с которым Райли часто играл в покер. Мортимер всегда знал, что он работает на "Ленивой М", но только увидев беспощадную ярость в глазах знакомого, начал понимать, как далеко все зашло. Его нервы были натянуты до предела, и, когда пуля звонко стукнулась об обледеневший край бочки, он, не видя ничего перед собой, выскочил из своего укрытия, стреляя из обоих револьверов. Мортимер не чувствовал пуль, попавших в него, просто услышал оглушительный грохот со всех сторон и упал, поскользнувшись. Его револьверы выстрелили в воздух; барабаны вращались, но пуль больше не было. Выше по улице, в своем маленьком окопе, Морган услышал стрельбу, будто сосредоточенную на одной цели в стороне. Это был его шанс. Морган резко вскочил, перепрыгнув через свой сугроб, у его виска свистнула одиночная пуля, и Джуннайт выстрелил в ответ, подхватывая свою шляпу налету и надевая ее. Стрелявший чертыхнулся, свалившись на одно колено на лед, и красные пятна вмерзли в землю, там где оно опустилось. Морган быстро огляделся: подстреленный им человек, подтаскивая раненую ногу, заполз за изгородь, ему явно стало не до драки; еще один человек с "Ленивой М" лежал неподалеку в снегу, зажимая полой куртки смертельную рану в животе, и кровь, стекая в снег, мгновенно застывала алой слюдой и белоснежные хлопья из ангельских крыльев, обнявших город, таяли на дрожащих губах, хватающих воздух.
Морган отшвырнул пустой револьвер и схватил два двенадцатизарядных Уэлч-нэви умирающего. В отдалении лежало еще несколько человек, припорошенных снегом, - погибших или раненых... сложно было понять. Почувствовав, что огонь в его сторону ослабевает, из-за поленницы поднялся Джим, держа в руке револьвер, и Морган отчетливо увидел спиленный спусковой крючок и зарубки на полированной рукояти револьвера, отчасти прикрытые пальцами, а в следующий момент пуля снесла Хорригану полголовы, и он рухнул на обледенелые дрова...
... Мистер Черрингтон услышал слова жены в прихожей. Он набросил шубу и, выглянув в окно, похолодел: Люсьен, не обращая внимания на выстрелы, заинтересованно склонился над мертвецом посреди улицы. Мистер Черрингтон широко распахнул дверь сильным ударом ноги, его сердце бухало часто и тяжело, когда он увидел, как сын выпрямился.
- Папа! - крикнул мальчик, размахивая в воздухе тяжелым револьвером. - Смотри, что у меня теперь есть!
- Люсьен, нет! - вырвалось с дыханием из груди мистера Черрингтона, когда он кинулся к сыну, резко выбросив вперед правую руку, не замечая черного провала ружейного дула, ни на секунду не теряющего из вида точку над его сердцем...
