Люди сорок девятого (СИ) полностью

- Остатки образования тянут меня в Европу... - вздохнул Линдейл. - Но я не смогу там выжить. Дикость у меня в крови, я не умею жить на улицах с газонами, газовыми фонарями...

Закончив промывать его более серьезную рану, Алиса вытащила из ящика ножницы и принялась разрезать окаменевшую от засохшей крови штанину.

- Ты знаешь, я слышала новые стихи. Их написал один человек, бывший санитаром[15.] во время войны. Он издал книгу...

- Слышал про этого янки, как же, - сквозь сжатые зубы отозвался Линдейл. - По мне уж лучше Френо. Или По.

- Война закончена, Джон. Уже прошло больше пятнадцати лет. - Алиса резко дернула присохшую к ране ткань, и из груди Линдейла вырвалось глухое рычание. - К тому же По слишком мрачен.

"Анабель... Анабель Ли... - Джон потряс головой, сражаясь с призраками. - Почему это случилось?" Он называл ее Анабель Ли, ее и только ее: "Неужели было какое-то роковое предзнаменование в этом прозвище..." Он резко огрызнулся:

- Его стихи не мрачнее, чем "Иди с поля, отец" твоего санитара. Из стихов этого янки самым веселым я могу назвать только "О, капитан, мой капитан."

- Значит, ты все же интересовался этим?

Линдейл открыл было рот, чтобы возразить, но тут же закрыл: делать нечего, ей все же удалось загнать его в ловушку. Любое объяснение теперь будет выглядеть неправдоподобно.

- Нет, "На берегах широкого Потомака" еще ничего... - пробормотал он неуверенно, прикрыв глаза.

- Я дам тебе почитать, у меня есть стихи, переписанные от руки.

- Я читал, - раздраженно бросил Линдейл, не открывая глаз.

- Но, держу пари, что не это. - Холодный кусок мокрой простыни успокаивающе коснулся его ноги. - Послушай:

Из бурлящего океана толпы нежно выплеснулась ко мне одна капля

И шепчет: "Люблю тебя до последнего дня моей жизни.

Долгим путем я прошла, лишь бы взглянуть на тебя и прикоснуться к тебе.

Ибо я не могла умереть, не взглянув на тебя хоть однажды,

Ее голос чуть дрогнул:

- Ибо мне было страшно, что я потеряю тебя."

Он слушал ее голос, прогоняющий прочь все мысли.

Ну вот, мы и повстречались с тобою, мы свиделись, и все хорошо.

Ее рука с прохладной влажной тряпкой на мгновение замерла.

- С миром вернись в океан, дорогая,

Я ведь тоже капля в океане, наши жизни не так уж раздельны,

Посмотри, как крутятся великие воды земли, как все слитно и как совершенно!

Она глубоко вздохнула, будто собираясь с силами, на его ногу капнуло что-то теплое.

- Но по воле непреклонного моря мы оба должны разлучиться,

И пусть оно разлучит нас на время, но оно бессильно разлучить нас навек;

Будь терпелива - и знай: я славлю и сушу, и море, и воздух

Каждый день на закате солнца ради тебя, дорогой.

Женщина замолчала. Внезапно Джон почувствовал на своей щеке ее дыхание, а когда Алиса, думая, что он задремал, наклонилась и осторожно коснулась губами его щеки, Линдейл открыл глаза и поймал ее руку. Их взгляды схлестнулись.

- Не надо, Алиса, - негромко сказал Джон, - зачем себя мучить?

"Да и меня тоже..." - подумал он.

Алиса раздраженно выдернула руку, с яростью затянув новые повязки, схватила таз для умывания, полный розоватой воды, и вышла из комнаты, громко хлопнув дверью. Линдейл снова прикрыл глаза и увидел Анабель. Она стояла в дверях и смеялась, озаренная ярким светом, и солнечные зайчики плясали в ее волосах. "Нет, нет..." - Линдейл покачал головой, не желая отпускать видение... Еще раз такое он не переживет. Ничего... Скоро он продаст этот дом, может, даже Алисе, и тогда они будут реже видеть друг друга... И все забудется... Линдейл глубоко вздохнул. Хорошо бы поскорее вернуться домой... Но торопиться нельзя. Ни в коем случае.

* * *