Два человека стояли, прислонившись с двух сторон к стволу пушки, позади застыли санитары с носилками, пойманные и остановленные в своем бесконечном движении по полю недавно оконченной битвы. Неясные смазанные призраки... Фотограф снимал что-то другое, эти двое попали в кадр случайно, но вот то, что он желал запечатлеть, по прихоти судьбы осталось на утраченной половине.
Два человека, очевидно, не знали, что попадут в кадр: они просто стояли, разделенные стволом орудия: один протягивал горящую спичку, другой слегка наклонился, чтобы прикурить. На одном был явно темный мундир янки, на другом - светлый, конфедератский...
Только несколько мгновений спустя до Моргана дошло, что привлекло его внимание. То, что он видел, было обманом: темное небо, светлая земля - все перевернуто с ног на голову... И мужчина в светлой униформе, которого Джуннайт мысленно уже успел обозвать "проклятым мятежником", был на самом деле лейтенантом Союзных войск в темно-синем мундире, отраженным в обманчивом слое потемневшего серебра.
Джуннайт с силой стукнул себя по лбу, пытаясь прийти в себя от потрясения. Он осторожно вытащил тот самый негатив из лап проржавевшего и поломанного железного каркаса. Стрелок повернулся и пошел к лошади. Кобыла с храпом отшатнулась от него, потом шумно втянула воздух и успокоилась, учуяв знакомый запах. Морган машинально похлопал лошадку по шее и, автоматически сунув стекло в седельную сумку, ткнул факел в сугроб, а затем, взвалив себя в седло, бросил последний взгляд на едва различимый в темноте парник. Он помотал головой и отвернулся, сплюнув в снег. "Наваждение какое-то..." Джуннайт тронул бок кобылы носком сапога, и она неспешно потрусила по дороге, ведущей в каньон, и вскоре вместе со своим седоком растворилась во мраке.
* * *
- Миссис Галлахер! - миссис Черрингтон поплотнее закуталась в шаль, пытаясь защититься от пронизывающего северо-западного ветра. - Откройте, пожалуйста. Мне надо поговорить с Вами!
- Идите, идите, Черрингтон, - раздался из-за двери глухой голос матроны. - Нечего стучать и отвлекать людей от дел.
- Но мне только нужно... - миссис Черрингтон осеклась.
За закрытыми дверьми царило молчание. Спрыгнув с тротуара, женщина быстро побежала к дому Дилэни. Миссис Черрингтон отказывалось верить в то, что все это происходит с ней наяву. Эти люди, бывшие ее соседями несколько лет, внезапно отвернулись от нее, все как один. Она обошла уже каждый дом, стучась в запертые двери и ставни. Лоуэрт не открыл; миссис Ринкер, представ перед ней со всеми восьмью детьми, заявила, что у Салли режутся зубки и сейчас не подходящее время для визита; рыдающая жена сына миссис Галлахер с разбухшим от слез носом и покрасневшими глазами сказала миссис Черрингтон, что муж запретил разговаривать ней, а уж пускать - тем более. "Это мамаша на него давит... - шептала она срывающимся голосом, - ты понимаешь, я в этом городе - никто, а вся власть у этой старой курицы, она может в любой момент объявить меня шлюхой и отобрать у нас сына". У Марсвелла на двери лавки висел тяжелый замок; мистер Джонстон смотрел мимо миссис Черрингтон, глухим голосом бормоча скороговорку: "Ничем не могу вам помочь"; Фаренсуорт из-за двери наговорил гадостей; Оуэн крикнул, едва заглушая грохот пресса, чтобы его не отвлекали от работы, а Питт Голдберг, переминаясь с ноги на ногу и отводя глаза, сказал, прежде чем она успела объяснить, что братья его уехали, а сам он чувствует себя плохо и не хотел бы торчать на холоде. У цирюльника тоже не оказалось свободного времени. Когда миссис Черрингтон постучала в двери Смита, ответом ей было молчание.
- Мистер Смит! - позвала она. Через какое-то время дверь медленно отворилась, и хозяин в одном белье возник на пороге. Одну руку он держал за спиной, глаза беспокойно обшаривали улицу.
- Что вам нужно? - спросил, наконец, Смит, глядя сквозь женщину.
- Помогите мне, мистер Смит! - она сцепила побелевшие пальцы. - Случилось нечто ужасное... Мой муж...
Никогда не виданная ею прежде, дьявольски холодная улыбка исказила губы Смита, в его глазах был лед.
- Мы все умираем, мэм. Я не могу вам помочь, - сказал он и захлопнул дверь.
Даже отец Блейк не вышел из своей церкви, хотя он никогда не ложился раньше одиннадцати. Идти в "нижний город" не было смысла: если честные люди трясутся от страха, нельзя рассчитывать на помощь тех, чье положение в Иглз-Нест еще более шатко. Миссис Галлахер, да и некоторые другие члены городского совета давно поговаривали, что Линдейла с его шлюхами поганой метлой надо гнать из города, и останавливали их револьверы Джонатана и удовлетворенность большинства мужчин подобным соседством. У миссис Черрингтон осталась одна надежда... Ледяной ветер перехватывал дыхание, заставляя замедлить шаги. Вот и дом Норы. Привстав на цыпочки, она дотянулась до затянутого льдом окна и постучала. На освященном фоне мелькнула темная тень. Слава Богу, Нора дома. Уж она не откажется помочь женщине, попавшей в беду, хотя бы из-за своего мировоззрения и репутации, которой уже ничто не могло повредить.
