«Люди в доме»… — так о жильцах дома не говорят, зато говорят о малярах, водопроводчиках и прочих мастерах, подмастерьях и учениках, которые время от времени вторгаются в наше жилище и переворачивают там все вверх дном под предлогом, что им якобы надо что-то исправить, починить или окрасить.
И тогда человек жалуется своим друзьям и знакомым, что у него «люди в доме».
Придерживаясь старого, так называемого релятивистского, принципа, я считаю, что люди бывают разные! И «люди в доме» тоже разные.
Самое большое впечатление на меня произвели
когда они появились однажды, чтобы соорудить в моем саду бетонную плевательницу, называемую бассейном. Точно в десять часов тридцать семь минут подкатила к моему дому грузовая машина, в которой восседали шестеро верзил в комбинезонах. Это было великолепное зрелище! Я был просто потрясен их американизированным размахом и стремительным, современным темпом.
Шестеро верзил немедленно задвигались около машины, сбросили с нее какие-то балки и доски, мешки с цементом, железные пруты и гору песку, грузовик загрохотал, великаны мгновенно вскочили в него, а на месте действия остались двое усатых, запорошенных белым дядек, похожих на старых мельников. Оказалось, что зовут оставшихся Пепиком и Фердой и они бетонщики.
В их обществе я провел много приятных минут, так как работали они без показной торопливости и все время твердили, что бетон должен застыть. Похожи на них
главным образом по внешнему виду; пока они у меня работали, я проверял по ним часы, — когда каменщик положил свою лопатку, мастерок или молоток, можете голову дать на отсечение, что во вселенной наступил, с точностью до одной тысячной секунды, полдень или уже пять часов дня. Просто поразительно, на чем только не способен лежать во время обеденного перерыва каменщик: на железной траверсе, на груде кирпичей, на оглобле телеги, с молотком или кирпичом под головой; иногда это больше похоже на трюк факира, чем на полуденную сиесту.
Каменщики чаще всего сельские жители; по субботам в одиннадцать часов утра они отряхивают руками пыль со своих брюк, чтобы выглядеть покрасивее, и едут к своим женам; в понедельник рано утром они опять наводняют город; зиму проводят в деревне.
Зато паркетчики, маляры и другие строители, подобно черным дроздам, происхождения и нрава городского.
Во время работы они поют, чего каменщики никогда не делают, потому что, поверьте мне, — хотя это против всех правил фольклора, — гораздо больше поют и насвистывают в городе, чем в деревне.
любят петь больше всех, особенно когда красят потолки или верхние части стен; тогда они стоят наверху на стремянках и, видимо, воображают себя птицами, поэтому петь — сплошное удовольствие.
Так как маляры каждую минуту ходят за водой или варить столярный клей, то у них завязываются живые контакты с кухонным персоналом, и они заполняют собой весь дом: когда же спустя неделю маляры собирают свои стремянки, горшки, мешочки с красками, щетки и утаскивают все это, чтобы оккупировать на этот раз уже другое жилище, дом становится словно вымершим. На головах они носят бумажные шапочки, которые мастерски изготовляют из куска газеты (преимущественно из «Чешского слова»[1]).
самые нелюдимые, они выставят вам окна и двери и удалятся с ними на чердак или в подвал, наверное, потому что любят одиночество. Оттуда слышно, как они насвистывают, часто даже дуэтом. Знайте, что окна и двери прежде всего шпаклюют, потом зачищают и, наконец, покрывают эмалевой краской: на свежей эмали особенно четко видны отпечатки ваших пальцев. Когда маляры закончат свое дело и повесят окна и двери на прежние места, после них останется запах скипидара, и вскоре вы обнаружите, что часть окон и дверей вообще не закрывается, в то время как другую часть окон и дверей совсем нельзя открыть.
слесари и водопроводчики отличаются от всех других рабочих тем, что их повсюду сопровождают ученики. Ученик им несет кожаную сумку с инструментами и во время работы ко всему сосредоточенно приглядывается: иногда мастер бросает: «Славичек, подай мне тот французский». И Славичек подает тот французский. «Пепичек, подай мне паклю». И Пепичек подает паклю, после чего скучает дальше.
Такие ученики бывают большей частью у ремесленников-металлистов. Я еще никогда не видел ученика у каменщика или ученика у бетонщика; там встречаются поденщики и подсобники, но не бывает никаких учеников. Ученик изучает ремесло таким образом; он:
1) должен что-то подать,
2) должен что-то подержать,
3) должен за чем-то сбегать.
Кроме того, он посещает два раза в неделю ученическую школу, пытается говорить мужским голосом и твердит, что ему уже шестнадцать. Мастер или рабочий, сопровождаемый учеником, неразговорчив, не поет и не свистит и вообще сохраняет особое профессиональное достоинство.
