На улицах поселка появились комсомольские патрули. Это аванпосты комсомольского штаба предприятия. Более двадцати пяти комсомольских пятерок пресекают малейшее проявление хулиганства. На комсомольских собраниях предприятий ставятся вопросы борьбы с нарушениями общественного порядка.
Действенным помощником штаба и активным участником борьбы с хулиганством является городской «Крокодил». Безжалостная ирония, едкая сатира, карикатуры и фотографии хулиганов, пьяниц, дебоширов — наше могучее оружие. Его, как огня, боятся нарушители общественного порядка. Однажды в «Крокодиле» была помещена злая карикатура на рабочих местной сплавной конторы. После этого ни один из них не рисковал появляться пьяным в общественном месте.
Комсомольский штаб опирается на широкий актив и постоянную поддержку комсомольцев и молодежи. Проводятся комсомольские активы, на которых обсуждается работа штаба.
Крепкая связь установилась между работниками милиции и райкомом комсомола. Комсомольский патруль действует в контакте с дежурным по райотделу милиции. Сотрудники райотдела — частые гости в райкоме комсомола. А начальник милиции нередко выступает с докладами в комсомольских организациях, перед молодежью предприятий и колхозов района.
Нарушения общественного порядка резко пошли на убыль. Борьба с ними стала повседневным делом общественности. Теперь легче и работникам милиции, реже поступают в отдел жалобы граждан на бесчинства хулиганов.
…Прошло около двух лет с тех пор, как Быков приехал в район. Отстающий когда-то райотдел вышел в передовые. Почти в два раза сократилось число различного рода нарушений общественного порядка. А нераскрытых преступлений в районе не стало. Это большая победа всего коллектива, который умело направил на решение трудной задачи — борьбу с преступностью и укрепление общественного порядка — Алексей Николаевич Быков. Работники отдела милиции глубоко верят в своего начальника, видят в нем не только хорошего организатора, но и чуткого, отзывчивого товарища, настоящего коммуниста. Они видят, что Быков, борясь за твердую дисциплину в отделе, не боится уронить авторитет начальника простотой обращения с подчиненными. Он может пошутить, посмеяться или, засучив рукава, вместе со всеми разгружать уголь. Люди видят большую разницу в отношении к ним старого и нового начальников. Если прежний и слышать не хотел о личных просьбах подчиненных, то Быков рад пойти навстречу, помочь чем только возможно. Конечно, не всякая просьба выполнима. Но всегда обратившийся к Быкову за помощью или советом уносит от него тепло человеческого участия. А от этого и на душе легче, и работается лучше. На заботу начальника люди отвечают стремлением сделать больше.
Таня и Паша с виадука смотрели вниз. Проехала тележка, на которой стоял дядя в белом переднике и с длинными, как у таракана, усами. Пыхтя и отдуваясь, выполз черный, чумазый паровоз и обдал детей клубами пара. Таня заплакала. Вслед за ней заревел Паша.
— Что плачете, ребятишки?
Таня обернулась и увидела присевшего на корточки человека. Он был одет так же, как сосед дядя Митя; когда Таня плакала, мама говорила: «Перестань, а то дяде Мите отдам. Он тебя в милицию заберет».
— Что ж вы молчите? Может, говорить не умеете?
— А вот и умеем, — сказала Таня, склонив голову на бок и вытирая слезы.
— Тогда хорошо. Где же ваша мама?
— Моя мама дома, — серьезно ответила Таня.
— А твоя? — обратился человек к Паше.
Но тот только шмыгнул вздернутым носиком и смотрел исподлобья.
— И его дома, — ответила Таня. — А мы гуляем.
— И наверно не знаете, где живете?
— Нет.
— Тогда пойдем искать.
…Инспектор детской комнаты старший лейтенант милиции Валентина Владимировна Гомон собиралась идти на обед. Она уже оделась, окинула взглядам комнату, убеждаясь, что все в порядке. Через большое окно щедрым потоком лились солнечные лучи и, отражаясь от настольного стекла, играли на потолке веселыми зайчиками. Выстроились в ряд куклы: заводная плюшевая собачка, надувной петух, кошка… Под столом разместился гараж автомашин самых различных марок. А рядом стоял любимец маленьких посетителей — большой конь с белой гривой и роскошным хвостом. На столе — аккуратными стопками лежали книжки и игры. За перегородкой были видны кроватки, покрытые белоснежными простынями.
Валентина Владимировна направилась к выходу. Но тут дверь распахнулась, и в комнату вошел милиционер, держа за руки заплаканных девочку и мальчика лет пяти.
— Привел вам гостей, — весело проговорил он. — На вокзале встретил. Принимайте!
— Очень хорошо, — сказала Валентина Владимировна, снимая пальто. — Давайте знакомиться. Меня зовут тетя Валя. А вас?
Паша даже не слышал вопроса. Глаза его перебегали с одной игрушки на другую. Зато беленькая большеглазая Таня держалась спокойно, солидно.
— Я — Таня, — заявила она. — А это Паша. Он еще маленький. Ему четыре года.
— А тебе сколько? — с улыбкой спросила Валентина Владимировна.
— Мне уже пять.
— О, да ты совсем большая! Где же вы живете?
— Там…
И Таня неопределенно махнула рукой.