Речь идет о том, чтобы воспользоваться возрастающей непопулярностью Вильгельма III и высадить в Англии под водительством того же короля Якова 12 пехотных ирландских батальонов, 9 французских батальонов (первые и вторые объединяются в Сен-Ваа-Ла-Уге), кавалерийский корпус, какой-то минимум артиллерии, боеприпасы и продовольственные запасы (собранные в более или менее достаточном количестве в Гавре). Король в изгнании, который постоянно получает послания из Англии от важных особ (вроде Черчилля-Мальборо), представляет себе, что британский флот готов — по крайней мере частично, — примкнуть к законному монарху, и ему уже представляются южные пляжи, на которых его ждут несметные толпы вооруженных до зубов якобитов. Это первая иллюзия. Якобитов много, но они не объединены, а рассеяны по всей стране, они, в общем, верны, но не отважны, они готовы примкнуть к уже победившему лагерю, но не рисковать жизнью, благополучием своей семьи, своей свободой ради малонадежного мероприятия. Якобиты, находящиеся по одну и другую стороны Ла-Манша и обещающие наперед пожертвовать жизнью ради благородного дела, не только храбрецы, но еще и чудовищные болтуны. Бесконечный обмен посланиями, несвоевременные высказывания и фанфаронство этих храбрецов не дают возможности держать что бы то ни было в секрете. А успех при высадке зависит от строжайшего соблюдения тайны.
Тщательно выработанный план действий был таковым: морские силы концентрируются в Бресте под командованием графа де Турвиля и должны сняться с якоря в апреле (прежде чем голландцы подойдут к берегам Англии и до того, как англичане вооружатся и будут готовы); а снимутся корабли с якоря только 12 мая. Эта армада должна будет состоять, помимо брестского флота, из Восточной эскадры, которой командует Виктор-Мария д'Эстре, она прибудет лишь после битвы, и из Рошфорской эскадры, которой руководит де Виллетт и которая подоспеет вовремя. Но не все еще готово даже в Бресте, и Турвиль, которого торопит Поншартрен, отдает приказ к отплытию, оставляя адмиралу Шаторено двадцать кораблей, плохо оснащенных; эти корабли тоже так и не соединятся с силами Турвиля.
В задачу морских сил Франции входит погрузка пехотинцев, сконцентрированных в Ла-Уге, и защита крупных транспортных судов в Гавре. Эти силы должны перевезти всю армию на другой берег Ла-Манша, а одно это уже само по себе очень сложно в техническом отношении. Турвилю был отдан приказ (это написано черным по белому в инструкции, датированной 26 марта) вступить в бой с врагом независимо от того, каким численным превосходством тот обладает. Эти распоряжения были не такими ошибочными, как может показаться. Если бы д'Эстре прибыл вовремя, он бы взял на себя, под прикрытием Турвиля, командование десантным флотом. Таким образом, операция была бы разделена на две части: одна ее часть была бы связана с сопровождением каравана судов, а другая — с высадкой боевых частей. Поскольку корабли Средиземноморского флота не подоспели, вся операция становилась ненадежной, более того — чрезвычайно рискованной. По почти провокационному характеру инструкции, посланной Турвилю, можно было бы догадаться, что король и его министр не очень верят в наступательные качества исполнителя операции; она также говорит о смешении тактики сухопутных войск на море и тактики войны на суше. Тюренн доказал, что на суше можно побеждать противника, обладающего даже двойным численным преимуществом. На море же, при приблизительно равном по качеству командовании, это немыслимо.
