Из четырех детей Луизы двое выжили: мадемуазель де Блуа (Мария-Анна де Бурбон, 1666–1739) и граф де Вермандуа (Луи де Бурбон, 1667–1683). Первая мадемуазель де Блуа была узаконена («Ибо такова наша воля») королевской грамотой, датированной маем 1667 года; ее матери этой же грамотой было пожаловано герцогство Вожур Лавальер{2}. В грамоте было записано: «Мария-Анна, наша дочь»; а парламент и счетная палата, регистрируя этот акт, называют ее менее учтиво: «внебрачная дочь вышеназванного повелителя короля». В семилетнем возрасте (12 января 1674 года она впервые появляется в свете, «одетая в черный бархат и с бриллиантовыми украшениями, как настоящая дама»). Шесть лет спустя (16 января 1680 года) она имела честь бракосочетаться с Луи-Арманом де Бурбоном, принцем де Конти, самим племянником великого Конде. Граф де Вермандуа был уже зачат, когда парламент узаконил (14 мая 1667 года) его сестру. Сам же он родился в старом замке Сен-Жермена 2 октября. Узаконенный грамотой от февраля 1669 года, зарегистрированной по всем правилам, он был произведен в адмиралы Франции в ноябре. (Король упразднил ради этого должность со слишком громоздким названием большого магистра, начальника и генерального интенданта навигации, ставшую вакантной после смерти его кузена Бофора; и Кольбер был рад оказать услугу Его Величеству и одновременно обеспечить себе во флоте свободу действий лет на пятнадцать). Его безвременная кончина, случившаяся через два месяца после смерти Кольбера, усилила интерес Людовика ко второй группе его внебрачных детей.
Мадам де Монтеспан родила королю восемь детей. Четверо из них достигли зрелого возраста и были по всем правилам узаконены и сделаны Бурбонами. Трое бракосочетались с особами королевского дома. Трудно было бы сделать для них нечто большее, чем то, что для них сделал их отец. Луи-Опост, герцог дю Мен, родившийся в 1670 году и узаконенный в декабре 1673 года, был назначен поочередно генерал-полковником швейцарской гвардии короля (1674), затем генерал-лейтенантом (1692) и главнокомандующим артиллерией Франции (1694). Ему дали в жены в 1692 году очаровательную и динамичную Анну-Луизу-Бенедикту, дочь Анри-Жюля принца де Конде. Позже их салон в замке Со, настоящий двор, станет образцом культурной жизни, переходной стадией между Версальским двором, достигшим своего апогея, и парижским светским обществом эпохи Просвещения. Герцог дю Мен, страдающий незначительной хромотой (Пфальцская принцесса его именует «бастардом», «колченогим»), был человеком серьезным, набожным. Дю Мен был любимцем своей гувернантки, мадам Скаррон, будущей маркизы де Ментенон, надеждой церковной партии, но еще и ближайшим другом своего брата (по отцу), Монсеньора, и своего кузена, герцога Вандомского.
Луиза-Франсуаза де Бурбон, мадемуазель де Нант, родившаяся в 1673 году и узаконенная в том же году, положила начало заключениям брачных союзов между принцами и принцессами: ее выдали замуж уже в 1685 году за Людовика III, герцога Бурбонского, внука победителя при Рокруа. Ее младшая сестра, Франсуаза-Мария де Бурбон, именуемая мадемуазель де Блуа (так же, как и ее сводная сестра), родившаяся в 1677 году и узаконенная в ноябре 1681 года, вышла замуж 18 февраля 1692 года, вызвав этим бешеную ярость своей будущей свекрови, Мадам Пфальцской, за Филиппа II Орлеанского, внука Французского королевского дома, будущего регента. Только Луи-Александр, граф Тулузский, их младший брат, родившийся в июне 1678 года, узаконенный в 1681 году, был единственным, кто удовлетворился заключением брачного союза с герцогиней (де Ноай){2}. Произведенный в адмиралы Франции в ноябре 1683 года, после смерти графа де Вермандуа, он очень серьезно отнесся к своей новой должности и стал даже руководить морскими силами в 1704 году{274}.
Первенцы маркизы де Монтеспан, в частности будущий герцог дю Мен и Луи-Сезар, граф де Вексен (1672–1683), были спрятаны от любопытных взоров придворных и парижского светского общества. Уже в 1669 году мадам Скаррон, остроумнейшая женщина, слишком красивая, чтобы не вызывать опасения у соперниц, но не очень высокого происхождения и не богатая, была выбрана маркизой де Монтеспан; ей были поручены дети, у которых не было ни отца, ни матери. Ее называли «прекрасная индианка», напоминая о ее креольском происхождении. Франсуаза Скаррон, протестантка, обращенная в католичество, была внучкой Агриппы д'Обинье, верного и ворчливого друга Беарнца, лжедворянина, но большого поэта. Ее выдали замуж за писателя, который был похож на буржуа, обладающего критическим умом и сварливым характером: за Скаррона. Молодая честолюбивая вдова сразу поняла, что предложение воспитывать детей Его Величества было выражением доверия и залогом влияния в будущем. Она еще не знала, до какой социальной высоты ее вознесет этот дебют и что она так быстро будет допущена ко двору.