Когда судно заворачивает за угол, взору открывается Сиднейский оперный театр. Вокруг десятки парусных лодок, и все движутся в одном направлении. Паром гудит, когда небольшая группа из них оказывается в опасной близости. Одна лодка подрезает нас, и трое подростков на борту смеются. Молли нежно поглаживает Сэма по пояснице, а он переводит взгляд с суденышка на Оперный театр. Я украдкой посматриваю на Нейтана, но по его лицу ничего понять невозможно.
Слева Форт-Денисон – старая исправительная колония, где раньше содержались заключенные, я точно помню, что проходила это в средней школе. Уверена, об этом знает даже Нейтан. Но спрашивать я не собираюсь.
– А вон – Ботанический сад, – показывает Молли, слегка подталкивая меня локтем. – Смотри, Сэм, там торжественная церемония. – На лужайке мы видим белый шатер. – Вот здесь состоится и наша, – объявляет подруга, поворачиваясь ко мне.
– Это будет потрясающе! – восторженно восклицаю я.
– И не говори, – сияет Молли.
Проплываем мимо Оперного театра и отчетливо различаем оба сооружения. Фактически театр состоит из трех отдельных зданий: маленькая пристройка находится с другой стороны. Многие считают сиднейскую Оперу одним большим строением, но это не так.
Поднимаю глаза и в небе над городом замечаю белый реактивный лайнер. Мелькает мысль:
Паром причаливает к Серкьюлар-Ки, и мы, следуя в потоке пассажиров, спускаемся на берег.
– Давай, увидимся позже, – обращается Эми к Молли.
– Хорошо, дорогая. – Она быстро обнимает Эми, прежде чем та поспешно убегает, через плечо крикнув всем остальным: «Пока!»
– Что это с ней? – недоумевает Сэм.
– Как обычно, – язвительно улыбается Молли. – Парни!
Она смотрит на Нейтана. Тот только пожимает плечами.
Снова оказавшись на воздухе под теплыми лучами солнца, Молли бросает взгляд на часы и поворачивается к ребятам.
– Мы рановато. Не хотите пропустить по стаканчику для начала все вместе?
– Не знаю, можно ли так, а, Нейтан? – поддразнивает Сэм. – Пить с будущей женой в свой последний законный свободный вечер и отпугивать всех незамужних девчонок?
Невеста отвешивает ему легкий пинок, и он смеется, притягивая ее в объятия. Так мило видеть, как прекрасно они сейчас ладят в сравнении с годами нашей юности, когда шутливые замечания вроде этого могли повлечь за собой серьезную обиду. Интересно, так ли мило это выглядело бы для меня, не будь рядом Нейтана. Чувствовала бы я себя брошенной или даже обиженной? По идее, не должна бы, зная, что в Лондоне у меня есть парень. Но в данный момент это, вероятно, не самая утешительная мысль?
– Просто зайдем в «Опера-бар» или еще куда-нибудь? – предлагает Сэм.
Заведения уже переполнены. Вечерок выдался теплым.
– А что вон там? – спрашиваю я, глядя на окно первого этажа. За стеклом, сделанным словно из толстой монолитной глыбы льда, ходят люди в больших пуховиках с капюшонами.
– «Минус пять», – говорит Сэм. – Это ледяной бар. В буквальном смысле. Все изо льда.
– Может, туда? – радостно обращаюсь я к остальным.
– Экая ты туристка, – подтрунивает Сэм.
– Ну да, и?
– Ой, идемте, – подгоняет Молли. – Это, по крайней мере, запомнится.
Пробираемся сквозь толпу в баре на нижнем этаже и поднимаемся по лестнице. Полчаса в клубе стоят тридцать австралийских долларов – около двенадцати фунтов, – и за это получаешь один коктейль. Или добавляешь еще десятку и берешь два.
– Тридцать баксов! – фыркает Нейтан. – Что за обдираловка.
– Не хочешь заходить? – с гаснущим энтузиазмом тяну я.
– Ну прекратите, на что еще тратить деньги? – смеется Молли.
Просматриваем меню коктейлей и замечаем, что все они на водке. Мы с Нейтаном шаловливо улыбаемся друг другу.
Платим, и администратор вручает нам длинные пуховики и пейджеры, которые мы вешаем на шею.
– После первого сигнала у вас есть пять минут. Когда прозвучит второй, нужно выходить, – поясняет она и провожает нас к следующей двери.
Мы стоим за веревочным ограждением, пока крашеная блондинка небольшого роста выдает каждому из нас по две пары перчаток.
– Эти для тепла, а эти водонепроницаемые, – говорит сотрудница бара. – Стаканы сделаны изо льда, и на срок пребывания они ваши, так что если пожелаете взять еще напитки, убедитесь, что тара при вас. Внутри есть ледяная скульптура, но она с антифризом, поэтому из нее не пейте, – предупреждает она.
Сэм добродушно закатывает глаза.
– Ну и тягомотина, – шепчет он, пока нас ведут в другую комнату, где еще один специалист снабжает нас с Молли ботинками из овечьей кожи вместо наших босоножек. Мне начинает казаться, что идея была плохая.
С каждой минутой я все меньше похожа на подружку невесты и все больше – на эскимоса. Наконец блондинка велит пройти в другой зал и затворить за собой, прежде чем открывать дверь в саму ледовую комнату. К этому моменту мы все сдавленно хихикаем.
– Лишь бы нам понравилось, – изрекает Нейтан.
