Лютер: Первый из падших полностью

Величайшим испытанием для рыцаря был Поиск. Калибанцы — воинственный народ, и хотя мы ценили знания и превозносили мудрость, но мужчину или женщину, избравших путь воина, оценивали по воинским заслугам. Если кто-то хотел стать плотником, каретником или изготовителем снарядов, он должен был пойти в подмастерья, а затем представить мастеру свою лучшую работу — шедевр. То же можно сказать и о пути рыцаря, только тех, кто едва начал этот путь, мы называли оруженосцами, а мастеров — сар или сарл, в случае, если это женщина. Шедевром служило убийство зверя. Не просто лесного животного, а Зверя, достойного Поиска. Великого Зверя.

Иные Великие Звери вырастали размером с крепость, так что их можно было уничтожить только силами целого эскадрона опытных рыцарей. Но не все. Большинство из них были меньших размеров, хотя представляли не меньшую угрозу. Ни один калибанец не выходил за пределы замка в одиночку. Караваны из поселения в поселение пересекали леса только под охраной рыцарей лорда или наемного отряда Скитальцев. Пастбища для скота обносились высокими стенами, а послания передавали не глашатаи господ, а дрессированные птицы.

Леса Калибана правильнее сравнить с коварным морем, а его замки и крепости людей — с островами цивилизации посреди зеленого океана. Каждый лорд жил по отдельности; о существовании соседей, конечно, все знали, даже общались на расстоянии, но редко помогали друг другу. Споры о границах владений возникали разве что потому, что эти границы сложно было определить из-за постоянного роста леса, так что отряды соседствующих лордов обычно сталкивались друг с другом только по ошибке.

Подобные стычки случались нечасто и чаще всего разрешались состязанием во владении оружием, но никак не битвой насмерть — рыцари обязаны были соблюдать договоренности, и пролитие крови другого рыцаря иначе, чем ради защиты своего сеньора или слуг, очень осуждалось. Конечно, встречались кровожадные воины и правители, но они скорее являлись исключением, подтверждающим правило.

Естественно, на Калибане бывали и лорды, которые претендовали на большие территории. Они стремились установить свою власть над поселениями вокруг городов, но зачастую усилия, затраченные на охрану и защиту обширных владений, превышали пользу от них. И почти все подобные завоеватели были честолюбцами, которых обольстили легенды о мертвых королях эпохи Старой Ночи. Они лелеяли замыслы по объединению нескольких рыцарских королевств под собственным знаменем. Такие монархи обычно вызывали лишь подозрения и почти всегда плохо кончали, то порождая восстания из-за того, что сами же превышали полномочия, то разжигая амбиции более способных соперников.

Но даже лорд, чьи владения простирались от рассвета до заката, не мог с уверенностью заявить, что его власть распространяется больше чем на полтора километра от крепостной стены, на которой он стоит. Лес между поселениями сеньоров не нуждался в правителе, и если бы он был лордом, то Великие Звери были бы его верными рыцарями, охотниками и защитниками, уничтожавшими всякого, кто вторгался в их королевство.

Если и было что-то общее в поселениях Калибана, от самой маленькой деревушки до могучего Альдурука, так это укоренившийся страх и благоговение перед лесом. С младых ногтей калибанцев учили, что лес — это смерть. Детские сказки изобиловали историями про неслухов, которые решились уйти из дома и встретили ужасный конец в лесу. На Калибане не было ни егерей-лесников, ни охотников, которые в случае чего могли бы спасти своенравного ребенка.

Ну, что сказать, занимательная вещь этот Поиск. Рыцари охотно скачут в лес, чтобы выследить зверя. Иногда они находят тропу, по которой идут дальше, но чаще воинам приходится путешествовать от поселения к поселению в поисках добычи. Некоторые Поиски занимали недели, а иные могли тянуться сезон или даже больше. Самые известные Поиски длились годами, а завершившие их рыцари возвращались словно из царства мертвых.

В детстве нам рассказывали и другие сказки, и, как многие другие дети на Калибане, я слушал их куда внимательнее. То были истории о храбрейших рыцарях в нашей истории, о загадочных лесных сказителях, певцах и о лесных драконах и духах, с которыми сталкивались герои. За высокими стенами Альдурука легко забыть истории про детей, заблудившихся в лесу на тропах, ведущих в никуда, зато запомнить сказания о наших рыцарях. Например, о саре Кандреде, который сразил двенадцатиглавого змея, или о Поиске того же Алистара из Нубрука и его встрече с Сорсерархом Лугов. Я знал их все еще до того, как меня послали в Сторрок, позже я своими глазами видел Рог Разрухи и другие не менее впечатляющие ужасы. Наряду с историями о подлинных событиях сказки рисовали картину Калибана, полного опасной магии и сказочной славы — ибо слава для героев всегда была желаннее монет или драгоценных камней.