Он выглядел почти смехотворным, его поведение казалось ребяческим, но я знал, что не стоит недооценивать это существо. Такие, как он, всегда стремились выбраться из заточения либо по воле хозяина, либо разорвав свои оковы. Время от времени ему удавалось добиться первого, но во втором он пока не преуспел. Сегодня он пытался отказаться от сотрудничества со мной после того, как передал послание от силы, по моей просьбе вызвавшей его к жизни. Увы, сейчас я не могу вспомнить никаких подробностей о личности его создателя, даже иносказательно, но на память приходит титул — Повелитель Магии. Так вот, этот герольд стал моим постоянным, хотя и не единственным проводником к силам, живущим за пределами смертного царства.
— Ты говорил, что один из них предаст меня, — обратился я к нему, подходя к кафедре из черного лакированного дерева. На ней лежала открытая книга, которой я пользовался перед советом. — Ты солгал.
— Но ты не говоришь, кто из них предатель, — сказал я, просматривая тексты заклинаний на открытых страницах. Наконец я нашел, что искал, — несколько строчек, которые причинили бы боль Эскуролу, проговори их кто-то вслух.
И я произнес их.
— Возможно, лучше просто держать тебя здесь и ничего не предпринимать.
Он изменил внешний облик, перестраивая свое тело, но не перемещая его. Теперь он стоял лицом ко мне, маленькие огненные кулачки были приподняты в гневе. Я снова зачитал слова наказания, и он завизжал, взмолившись:
— Расскажи мне о предателе еще раз, — приказал я, выходя из-за кафедры. При этом я внимательно следил за тем, чтобы не пересечь границу призывающего круга. — Слово в слово повтори то, что сказал раньше.
Он немелодично загудел, но вскоре начал ритмично читать в такт пульсированию своего пламени, которое переливалось темно-синим и ярко-лазурным:
Нефилла стал медленно выводить пируэты, вытягивая руки вперед, и капли огня начали падать с кончиков его пальцев.
Его голос понизился до злорадного шепота, глаза, подобные ярким искрам, уставились на меня, а жестокая улыбка обнажила серебряные зубы- иглы.
Существо из пламени замолчало, вновь сердито уставившись на меня из-под огненных бровей. Наблюдая за мной, оно постукивало кончиками пальцев друг о друга, и каждое касание вызывало яркую вспышку, как будто загоралась спичка.
Стихи такого рода были слишком общими — впрочем, я не ожидал большего от посланца эмпиреев. Но заклятье, которым я связал Эскурола, не оставляло сомнений: слова духа не случайны и имеют определенный смысл. В этих строках заключалось намеренно завуалированное предупреждение.
— Твое послание слишком расплывчато! — раздраженно упрекнул я.
Впервые я услышал предсказание еще до рассвета и безуспешно обдумывал его вплоть до заседания. Тогда я понадеялся, что во время совета что-нибудь прояснится.
