Той ночью мне не давали уснуть. Обжигающие поцелуи, ласковые прикосновения, заставляли моё тело трепетать в объятиях самого любимого мужчины. Да, теперь я не боялась в этом признаваться, ни самой себе, ни ему.
Как бы сильно мне не хотелось расставаться со Славой, следующий день мы провели не вместе. Днём, соответственно, его занимала работа, меня практика и даже вечером встретиться не получилось. Варя, наконец, созрела на выбор свадебного платья и мне бы никогда не простили отсутствие на примерке. Так что встреча с моим мужчиной, как звучит то… моим мужчиной, была назначена на следующий вечер.
Слава вел вечерников, поэтому я решила заехать к нему в универ. Вот только знала бы я, чем это закончится.
Студенты уже расходились, когда я вошла в аудиторию. Строгий взгляд серых, словно грозовое небо глаз, смягчился, коснувшись меня. Так нестерпимо захотелось запрыгнуть в Славины объятия, вновь почувствовать вкус его губ, уткнутся носом в шею, чтобы услышать этот неповторимый аромат, но я мужественно терпела. Выносить наши еще такие хрупкие отношения на суд общественности совершенно не хотелось. И только стоило двери закрыться за последним студентом, Слава широко улыбнулся и безумно сексуально проговорил:
– Иди ко мне, Лютик.
Больше приглашать не требовалось, я, просто со скоростью звука, влетела в предоставленные объятия.
Сумасшедший поцелуй дал понять, что скучала не я одна. Его руки путешествовали по моему телу, сминая одежду, словно пытались пробраться к обнаженной коже. Сама не заметила, как оказалась на преподавательском столе с широко разведенными ногами.
– Это было плохой идеей… − еле слышно проговорила, чуть не задохнувшись от нахлынувших ощущений.
– К черту, − не отрываясь от моей шеи ответил Слава. − Все ушли, сюда вряд ли кто-то войдёт. Мы здесь одни, − прозвучало как-то чересчур зловеще.
Пуговки моей блузки, одна за другой безжалостно были расстегнуты.
– Почему ты назвал меня Лютиком? − мозг уже находился на грани отключения, но любопытство оно такое.
– Потому что ты такая же маленькая, − поцелуй в правое плечо, − красивая, − поцелуй в левое плечо, − и нежная, − чашечка бюстгальтера отодвинута, и губы мужчины накрывают затвердевшей сосок.
Кажется, я что-то ещё хотела сказать, но мысли моментально выветрились из моей головы, стоило влажному языку коснуться чувствительной вершинки.
Кто бы мне сказал, что я буду стонать от наслаждения на преподавательском столе, послала бы в далёкие дали. А сейчас мне это казалось таким правильным и естественным.
– Ах ты урод! − услышала на грани сознания, а через мгновение Слава просто отлетел от меня.
До меня не сразу дошло происходящее. Я сидела на столе в распахнутой блузке и хлопала глазами. А когда пришло осознание, закричала так, что думала, сама оглохну:
– Костя! Нет!
Гринёв как разъярённый медведь бросался на Славу, выкрикивая при этом оскорбления. Фомин не был бы Фоминым если бы позволил хоть раз себя ударить, но я видела, что он начинает терять терпение, пытаясь уклоняться от нападок Гринева.
– Я так и знал! − шипел на него Костя. − Я видел, как ты на неё смотрел!
– Костя, перестань! − отмерла я.
– Я знал, что не просто так ты заставляешь её приходить к тебе! Как ты её заставил, а? Шантажировал дипломом?
Кажется, его слова стали последней каплей. Одним выверенным движением Слава отправил Гринева в нокаут. Ойкнув от неожиданности, слетела со стола и подскочила к Косте.
– Гриня, Гринечка, ты живой? − слегка потормошила парня. − Гриня!
Через пару мгновений Гринёв перевёл на меня осмысленный взгляд.
– Костя, ты все не так понял! − почему-то начала оправдываться я. − Меня никто не заставлял, не принуждал и не шантажировал!
– Как ты могла? − Костя смахнул с себя мои руки и стал подниматься. − Я был о тебе лучшего мнения! − выплюнул он, и столько злости и обиды было в его словах, что я невольно отступила.
– Костя? − я не понимала откуда этот гнев.
– Что Костя? − практически зарычал друг. − Ты раздвинула перед ним ноги только что бы диплом защитить? − мне было невыносимо обидно от его слов.
– Ещё слово, − от спокойного ледяного тона Фомина я поежилась, − и останешься без зубов.
Костя взглянул на преподавателя, потом на меня и, развернувшись, молча пошёл на выход.
– Костя! − я понимала, что только что потеряла хорошего друга, его хорошее отношение ко мне. Мне безумно хотелось оправдаться, объяснить, что я люблю Фомина, а он меня и наши с ним отношения это никакой не расчёт. − Костя, постой! − сделала шаг вперед, собираясь броситься за парнем.
– Даже не думай! − от этих слов Славы я просто приросла к полу.
– Почему? − дверь за Гриневым уже закрылась, когда я спросила еле слышно.
– Он все равно не услышит, − Слава приблизился со спины и положил свои ладони на мои плечи.
– Почему? − вновь спросила.
– Потому что влюбленный мальчишка придумал себе идеальный образ, который отличается от реальности.
Я молчала, пытаясь осознать его слова.
