Главный штаб Скотленд-Ярда, с момента постройки которого не прошло ещё и четырёх лет, находился в квартале Вестминстер, между королевским дворцом и берегом Темзы. Люциус знал, что ещё недавно эти места пользовались дурной славой. Здесь и по сей день оставались закоулки, куда лучше не заглядывать, если дорожишь жизнью и кошельком. Но новое здание Скотленд-Ярда явно свидетельствовало о том, что город решил навести тут порядок и в будущем преступникам придётся искать себе другое пристанище.
— Здоровенная коробка, — с удивлением заметил Себастиан, когда четверо друзей высадились из экипажа у ворот нового главного штаба полиции.
— Красивой её не назовёшь, — сказала Тео.
Многоэтажное здание Скотленд-Ярда напоминало большой квадратный ящик из красного и грязно-белого кирпича. Крышу его венчали многочисленные трубы, а по углам торчали круглые башенки. Здесь было множество разных входов. Серебристый дирижабль с эмблемой полиции был пришвартован над маленькой посадочной площадкой на крыше.
— Настоящая крепость, — пробормотал Харольд.
Люциус хорошо его понимал. Он представил, как в двери Скотленд-Ярда входят не полицейские и сыщики, а рыцари в сверкающих доспехах. Громоздкий дом вполне вписывался в эту картину. Шерлок Холмс как-то рассказывал, что в новом Скотленд-Ярде одновременно работают несколько тысяч человек. Целая толпа!
— И здесь мы должны отыскать твоего соседа? — с сомнением спросила Тео.
— Мы
Себастиан кивнул:
— Значит, найдём!
— Каким образом? — спросил Люциус.
Юный путешественник лукаво улыбнулся:
— Нам помогут смекалка и упорство.
Ребята вошли в здание через главный вход. Внутри было шумно. Мужчины в тёмных костюмах, разговаривая друг с другом, расхаживали взад-вперёд. Многие были в шляпах и с усами — очевидно, это считалось признаком хорошего вкуса. Здесь работали и автоматы: они подметали полы и лестницы, мыли окна или перетаскивали с места на место тяжёлые стопки бумаг. Но, хотя на лестницах и в коридорах Скотленд-Ярда было полно народу, на четверых друзей из "Воронова гнезда" никто не обратил внимания. У многочисленных служащих в униформе, видимо, были дела поважнее, и ребятам это было только на руку.
Пройдя несколько метров, они оказались у выкрашенной в чёрный цвет деревянной стойки, не менее громоздкой, чем само здание: невысокому Харольду она была почти по плечи. За ней стоял сердитый с виду мужчина необъятной толщины с круглой, как шар, головой. В его внушительной лысине отражался скудный солнечный свет, проникающий в окно. Под мышками его белоснежной рубашки темнели пятна пота.
— Прошу прощения. — Тео улыбнулась мужчине улыбкой примерной девочки. — Сэр?
Лысый ничего не ответил. Он изучал документ, который только что получил по пневмопочте. Почтовые трубы из полированной латуни беспрестанно шипели под потолком. Похоже, они проходили по всему зданию; видимо, все кабинеты были подключены к трубопроводу. Содержание документа лысому явно было в тысячу раз важнее четверых юных посетителей.
"Кажется, он не очень-то вежливый", — подумал Люциус и огляделся в поисках обходного пути, но его не было. Всем посетителям, желающим попасть в здание, очевидно, требовалось разрешение мужчины за приёмной стойкой.
— Простите! — повторила Тео.
Себастиан оказался куда менее терпеливым.
— Эй вы! — крикнул он, хлопнув ладонью по стойке.
Этого оказалось достаточно. Лысый вздрогнул от неожиданности, моргнул и поднял растерянный взгляд от листка бумаги. Недовольно уставившись на друзей, он пренебрежительно спросил:
—
"Значит, я не ошибся!" — мрачно подумал Люциус. Взрослые часто не воспринимали сыщиков из "Воронова гнезда" всерьёз.
— Мы ищем мистера Бута из Кенсингтона, — сказал Харольд. — Он должен был прибыть сюда совсем недавно.
— В качестве заключённого? — спросил лысый, вскинув кустистые брови. Происходящее его, кажется, забавляло.
— В качестве подозреваемого, — резковато возразил Люциус. Этот тип с каждой секундой нравился ему всё меньше. — Ведь есть же разница?
Лысый со вздохом вытащил из-под стойки тяжёлый журнал учёта и начал медленно и неохотно его листать.
— Для вас разницы нет, — пробурчал он. — Не важно, виновен ли этот Блут…
— Бут, — одновременно поправили его Тео и Харольд, но лысый продолжал как ни в чём не бывало:
— …или нет, я всё равно не могу вас к нему пропустить. Это точно.
— Почему? — осведомился Себастиан. — Мистер Бут не совершил ничего противозаконного.
— Это вы так говорите, — спокойно возразил лысый. — Расследование покажет. Если бы нечего было расследовать, он бы сюда не попал, правда? — Тем временем он отыскал в журнале запись про Бута. — А, вот здесь записано: Джейкоб Кристофер Бут из Кенсингтона, главный подозреваемый по делу Гвиннемор-Холла. — Вздохнув, он снова посмотрел на ребят, но во взгляде его не было сочувствия. Скорее наоборот. — Выбросьте из головы, дети. Этот Бут увидит солнечный свет, только когда ему вынесут приговор и он отсидит свой срок. И вам, мелюзге, его тоже раньше не увидеть.
