В этом-то и заключалась проблема. Люциусу приходилось жить у Холмса, хотел он того или нет. Иногда — да что там, почти всегда — он мечтал уехать из этого дома. Потому что друзья — в этом он был убеждён — обращаются друг с другом иначе. Они уважают друг друга. А в этом доме все считались только с Холмсом. Когда у сыщика было плохое настроение, он мог безнаказанно вымещать его на других. А стоило Люциусу громко чихнуть, он тут же получал нагоняй. Разве это справедливо?
— В этом я не сомневаюсь. — Ватсон снова едва заметно улыбнулся. — Но ты забываешь,
— Потому что вы ему это позволяете. Потому что никто здесь, кроме него, не высказывает своего мнения. Все считают его великим гением и терпят его несносное поведение!
Доктор покачал головой:
— Нет, Люциус. Ты ошибаешься. Холмс такой, потому что… Потому что внутри него живут демоны.
Мальчик нахмурился. Ему вдруг стало зыбко.
— Что?
— Ты не ослышался, — мягко сказал Ватсон. — Холмс такой гадкий не потому, что ему позволяют так себя вести. И не потому, что он плохой человек. Вовсе нет. — Его взгляд был ясным и сердечным, но лицо исполнено печали. — Просто он не может иначе. Это как болезнь, мальчик. Некоторые мои коллеги даже называют это болезнью, и я с ними не спорю. Потому что сам вижу это на примере друга. У Холмса свои демоны. Внутренний гнёт и проблемы, которые его терзают. Мании, с которыми он порой не может совладать. Дедукция — раскрытие загадочных преступлений — тоже его мания, одна из многих, что его мучают. И, вероятно, ещё самая безобидная из всех. Холмсу необходимо работать, Люциус. Ему надо чем-то занимать свои серые клеточки — всегда и везде. В противном случае они начинают вредить ему — а он не может этого вынести.
"Духам нет дела до людей, которым они являются, — вдруг услышал Люциус у себя в голове голос Себастиана. Прошло уже несколько часов, но и сейчас эти слова пришлись к месту. — Они не выискивают свои жертвы целенаправленно. Они просто им являются".
— Как болезнь, — медленно проговорил он.
— Верно. — Ватсон снова кивнул. — Холмс болен. Не физически — во всяком случае, нам, медикам, не справиться с этим с помощью стетоскопов и коробочек с пилюлями, — а вот здесь, в голове. Поэтому ему необходимо занятие. Поэтому он такой несносный, когда не может работать. Работа — его лекарство. Она лечит его, потому что отвлекает. Это удаётся только ей.
И вдруг Люциус понял, как сильно он ошибался: миссис Хадсон и доктор считались с Холмсом, потому что сам Холмс этого не умел. Они не подчинялись другу, а оберегали его — от него самого.
— Но сейчас у него нет работы, — произнёс Люциус. Осознание этого поразило его даже больше, чем то, что доктор Ватсон разговаривал с ним как со взрослым — без оговорок и тайн. — Сейчас ведь нечего расследовать.
Врач усмехнулся:
— Ещё как есть. И всё благодаря тебе.
Люциус хотел было спросить, что имеет в виду Ватсон, как вдруг дверь кухни распахнулась и на пороге появился знаменитый сыщик. На лице его сияла улыбка — большая редкость.
— А, вот ты где! — сказал Холмс вместо приветствия. Он явно был в хорошем настроении, от его угрюмости не осталось ни следа. Он даже не заметил, что мальчик промок до нитки. — Хорошо-хорошо. Ты как раз вовремя, Люциус.
— Почему? — осторожно поинтересовался Люциус.
— Потому что у меня для тебя кое-что есть. — Холмс торжествующе поднял вверх руку, которую прятал за спиной. В ней оказалось письмо Ирэн Адлер.
Люциус сглотнул. Он вдруг почувствовал угрызения совести. День выдался такой насыщенный, что ему некогда было думать о маме и её письме. Он почувствовал себя виноватым — будто забыл про неё и бросил наедине с её заботами.
— Загадка разгадана, мой дорогой Люциус. — Холмс сел за стол, положил письмо и разгладил его тыльной стороной ладони. — Твоя мать, конечно, умна, но я всё равно умнее.
Люциус подошёл ближе. Он растерянно смотрел на лист, исписанный таким знакомым, родным почерком.
— Вот как, — сказал он, и это прозвучало скорее вопросительно.
— Вот именно. — Сыщик довольно кивнул.
— Не мучайте нас, Холмс, — вмешался доктор Ватсон. — Где Ирэн, и как вы это выяснили?
— Ответ на первый вопрос: в Пизе, бывшей столице одной очень важной в Средневековье республики, которая находится в нынешней Италии. Пиза идеально подходит целям Ирэн. Город далеко отсюда и расположен у самого моря — Ирэн сумеет быстро сбежать, если преследователи подберутся слишком близко. В Пизе большой порт.
Ватсон вскинул брови:
— Пиза? Как, ради всего святого, вы…
Знаменитый детектив усмехнулся:
— Силой духа, дорогой Ватсон. Вот как я до этого додумался. — Он подвинул доктору письмо. — Посмотрите. Вам что-нибудь бросается в глаза?
Ватсон сосредоточенно рассматривал письмо. Люциус тоже прочёл его ещё раз. Потом оба покачали головами.
— Потому что вы смотрите, но ничего не замечаете, — со смехом сказал Холмс. — Вся необходимая информация перед вами, но вы её не распознаёте.
— Просветите нас, Холмс, — вздохнул врач.
