Ещё один отряд шведской армии совершил вылазку на российские земли, захватив и разорив Печенгский монастырь в горле Печенгской губы.
Побитые и пограбленные пожаловались князю Палецкому. Новгородский наместник воевода Дмитрий Фёдорович Палецкий Шереда — Рюрикович в семнадцатом колене, послал в Стокгольм Никиту Кузьмина требовать объяснений. Шведы задержали «земца» Кузьмина, даже не дав ему до Стекольны добраться, а ещё арестовали купцов русских в Выборге и Стокгольме, за это царь Иоанн Васильевич приказал новгородскому воеводе Ногтёву открыть военные действия против шведов. Ногтев отряд к границе отправил. В боях на границе шведы сумели разбить этот русский отряд под командованием Ивана Бибикова. Так себе войско — местное ополчение (земцы и чёрные люди), со слов всё того же подьячего Захарии Суслова.
Всё, больше сведений до прибытия в Новгород об этой войнушке у Юрия Васильевича не было. Дальше новости приносил Юрию Васильевичу князь Палецкий. Новгородский наместник решил пир устроить в честь высокого во всех отношениях гостя. Сам такой колобочек чуть в ширину не больше, чем в высоту. Но это не только пузо. Это и плечи ого-го какие. Наверное, так гномы выглядят. Богатырь, но ростом не вышел.
На пиру особо ничего нового Дмитрий Фёдорович зятю не поведал. Разве сообщил, что по словам местных охотников, немцы клятые накапливают силы в трёх местах. В Выборге и вокруг него войско собирается. Людно там. Чуть ближе к границе нашей есть ещё небольшая крепость с посадами Киновепи (Кивинеббе) и туда конные и пешие воска подходят, а ещё три пушки привезли на телегах. Основные же силы немцев собираются в Або (Турку), там уже с десяток кораблей стоит. И люди ещё на берегу есть. Оне костры жгут и кашу варят.
Юрий Васильевич мёд не пил, так пригубливал, боярин же разошёлся, и кубок за кубком в себя заливал. Не прошло и пары часов, как наместник новгородский оказался храпящим за столом, хорошо хоть мордой не в салате. Правда, совсем рядом с миской чёрной икры. Часть миски борода его седая роскошная накрыла.
Боровой заснуть в жарко натопленной опочивальне, что ему выделил князь Палецкий, долго не мог. Планы строил. Выходило, что он чуть раньше прибыл, чем задумывал. Он хотел шведов застать осаждающих крепость Орешек и помножить их там на ноль, а корабли либо захватить, либо, если не получится, то сжечь. Прибыл, спешил, со всех сил, а тут никаких шведов. Обломс.
когг — реконструкция
Событие сорок второе
Срок поменялся. Но в этом и плюс есть. Если по плану, что Боровой с Коробовым, Костровом и князем Иваном Михайловичем Глинским разработали, то они должны были перерезать Неву с юга и с этой стороны напасть на шведский флот и армию, что осаждает Орешек. Минус был в этом плане. Шведы могли уйти к Выборгу, как они и сделали в Реальной Истории. А вот теперь у него появился шанс, раз время ещё есть, пройти по Волхову до Ладожского озера и выйти к орешку не с юга, а с севера. И когда шведов Головин, Захария Иванович Очин-Плещеев и Семён Васильевич Шереметев шуганет от Орешка, то они, отступая к Выборгу, напорются на его людей. Там он их всех и положит. И пленных брать не будет. В Стекольне или Упсале вздрогнуть должны, когда узнают о потерях. А потом, из миномётов обстреляв флот, вынудит адмирала Якова Багге сдать корабли. В идеале затем нужно взять Выборг и Киновепи (Кивинеббе) и послать ультиматум Густаву: десять тонн серебра и тысячу тонн меди гони, брат, или возьмём Або, а потом сожжем Стекольну с Упсалой. До Або (Турку) километров двести. За пять дней можно дойти, захватывая в полон финнов и угоняя их на наш берег с дальнейшим переселением в Орёл и Самару. Финнам там лучше будет. Теплое лето, шведов поработителей нет. Лошадок им дать из захваченного Шереметевым Большим обоза в шестьдесят тысяч татарских коней. Верблюдов тоже можно им отдать. Пусть на подножном корму в Самаре плодятся. Там же степи сейчас. Верблюжья шерсть — она лечебная.
С братиком Иваном Юрий Васильевич уже поговорил. Главное условие мирного договора должно стать отсутствие поселений на шведской стороне, на расстоянии ближе, чем сто вёрст от Ладожского озера, и отсутствие крепостей в финской части Швеции.
