Вскоре Санчес передал ему полный отчёт экспертизы. Это помилование для всего экипажа. Никто не поверит, что смерть женщины на корабле не связана с домогательствами мужчин, это всегда нужно доказывать. Капитан собрал весь экипаж, кроме Марты и Смита, в кают-компании и довёл до сведения команды всю необходимую информацию о трагедии. Предупредил первого пилота, что Марта день или два не сможет дежурить в рубке, поэтому на замену ей выйдет сам капитан, они будут меняться каждые восемь часов. Томас Перес разворчался, чем вызвал раздражение не только Брауна, но и всей команды. Рассуждать о том, как тебе неудобно дежурить в то время, как твоего напарника сожрала змея, это возмутило мужиков. Санчес попытаться оправдать своего земляка и чуть сам не получил по шее. Брауну пришлось призвать всех к порядку, напомнить о бдительности и разогнать по рабочим местам.
Его беспокоила Марта. Если штурман не придёт в себя, придётся разворачиваться, и тогда они уйдут в такие минуса, что о яхте можно забыть. Но он верил в Смита. Тот действовал слишком уверенно и спокойно, он явно был уверен, что Марта вернётся в норму достаточно быстро, чтобы это не стало проблемой для рейса. Пара дней у них совершенно точно есть, так что надо просто ждать. И он занимался хозяйственным вопросами, каждый из которых был пустяковым, но в сумме они могли угробить весь корабль. Когда у вас много отделов, обязательно в каком-нибудь из них что-то вот прямо сейчас случилось, поэтому весь день есть, куда пойти и что исправить. На следующий день Марта вышла на дежурство, и у Брауна отлегло от сердца. Женщина была бледна и явно на таблетках, но уже адекватна. После смены она села за прокладку маршрута и на следующий день положила расчёты на стол. Браун на всякий случай проверил в меру своего понимания и явных огрехов не нашёл. До конца он всё равно не разберётся, но хоть начерно. Вдруг она бродит в тумане и нарисует маршрут в «чёрную дыру»? Капитан на борту первый после бога, но он и отвечает за всё. А ещё и рейс очень ответственный. Он должен быть максимально простым: добрались, сдали груз, и всё, Браун начнёт новую жизнь. И ему не нужно, чтобы все думали, будто бы он бросил частный извоз потому, что не справлялся. Всё время, пока «Карачар» добирался до точки прыжка, Браун нервничал, проводил лишние проверки, и с тяжёлым сердцем занял перед прыжком своё место на мостике. Стартовав из расчётной точки, корабль провалился в четвёртое измерение, все приборы встали «на ноль», полчаса так продержались, а потом ожили и показали космос. Капитан тяжело вздохнул. Это точно последний рейс. Всё его хозяйство рассыпается на глазах.
— Аммм… э-э-э-э…, - протянула Марта. — Кэп, я разберусь!
«Карачар» оказался в глубине плотного метеоритного потока, навигационные приборы показывали что-то совсем незнакомое, радары сообщали о присутствии нескольких астероидов, крупных настолько, что могли уже называться планетоидами. Это точно не пункт назначения.
— Я, наверное, что-то прозевала от нервов, — пробормотала Марта. — Смерть Джейн так сильно меня выбила из колеи… Я всё проверю!
Сказать ей, что Эдвард принёс не точные данные, а усреднённые показатели, потому что датчик всё-таки заглючил? Или не стоит? Но рейс становится всё менее успешным, ему придётся очень вдохновенно врать на собеседовании. Ожил коммуникатор.
— Кэп, подойди в рубку связи.
И новая беда. Смит никогда его не зовёт, всегда приходит сам. Следовательно, что-то случилось из ряда вон.
— Рядом корабль, — ткнул в экран Энтони. — Соблюдает радиомолчание, но на служебные запросы ответил, правда, в очень урезанном виде. Это был автопилот, люди молчат.
Аппаратура на «Карачаре» стояла дешёвая, в картинки не переводила, всё показывала в цифрах, но Браун привык за долгие годы, и без труда расшифровал простынку данных.
— Крупный корабль. Может быть, рудокопы?
— Я думаю, да, — кивнул связист. — Кто ещё будет торчать в метеоритном облаке? Скорее всего, они прилетели за металлом. Плавят на месте, шлак за борт, домой прибывают с трюмами, битком набитыми чушками. Прибыль под тысячу процентов.
— Но почему молчат?
— Может, связист пьяный валяется, а дежурный на мостике дрыхнет. Но я бы держался от них подальше. В открытом космосе законы слишком легко не соблюдать. Грохнут нас за корабль.
Браун коснулся коммуникатора.
— Джефри, полная боевая готовность. Пальнёшь без команды — убью. Опоздаешь открыть огонь — убью.
— Кэп, ну, что за нервы! — лениво ответил канонир. — Всё будет в ажуре.
— Джон, зачем они тебе? — буркнул Смит. — Пройдём по краю облака и прыгнем.
— У Эдварда датчик глючит. Мы не можем дать Марте точных данных. Нужна помощь.
Связист покачал головой и что-то пробормотал. Угрозы, конечно, нет, но кто знает, что может случиться в открытом космосе, где нет ни свидетелей, ни патрульных, ни прокурора. Смит выступал за максимальную осторожность, но не возражал, раз ситуация требует контакта с чужими.
— Мы начинаем сближение. Постарайся дозвониться до дежурного.
