— Не насмехайся надо мной! — угрожающе процедила она, и из её тонких музыкальных пальцев выросли длинные когти.
— А ты не считай себя выше меня. Так у нас диалог точно не сложится.
— Я и мои братья с сёстрами творения самого Имира! А ты лишь жалкий отпрыск одного из его дальних потомков! Я чувствую в тебе капельку его крови.
— Да, все так и есть. Но у меня есть свобода. А вы заточены в этом храме или мире… В общем, неважно, вы вынуждены влачить жалкое существование, а я наслаждаюсь жизнью. Так кто из нас в более выигрышном положении? — вздёрнул я бровь, мотая на ус полученную информацию.
Чую, именно Имир и заточил родственничка в клетку. Почему? Да Гор его знает. Может, Безумный бог стал слишком опасен для него?
— Р-р-р, — утробно зарычала женщина, и её черты исказились.
Рот стал шире, наполнившись зубами-иголками, уши вытянулись и заострились. Кожа натянулась на скулах и огрубела, окончательно делая её физиономию похожей на морду то ли горгульи, то ли упыря.
Да ещё на её шее появилось ожерелье из сморщенных, высушенных лиц, содранных с черепов.
— Знаешь, что это такое? — прошипела она, указав когтем на ожерелье.
— Продукт народного промысла? Сразу видно, что оригинал, а не какая-то подделка.
— Это лица тех, кто пытался забрать ключ! — выхаркнула женщина, широко разинув пасть.
— Всего три? Негусто. Видать, совсем скучно вы тут живете. А моё лицо ты явно не получишь, хотя я вижу в твоих глазах страстное желание завладеть им. Оно и понятно… красота-то такая.
— Прекращай паясничать!
— А ты уже прими как данность, что со мной нужно вести переговоры ласково и нежно, а не орать и демонстрировать силу, — холодно процедил я, воткнув в неё свой самый острый взгляд.
Нет, он её, конечно, не пронял. Она даже не вздрогнула, но всё же замолчала и сбавила обороты. Несколько секунд попыхтела и бросила:
— Что ты хочешь нам предложить?
— Вот это уже больше похоже на переговоры. Итак, вы хотите жрать, а я не прочь получить этот ключ. И я его получу, поскольку есть очень правдоподобное пророчество, которое уверяет, что мне удастся это сделать.
— Хм, — скептически хмыкнула женщина и насмешливо провела когтем по высушенным лицам.
— Я понял твой намёк, но я — не они. У меня всё получится.
— Мы не можем отдать тебе ключ. Имир поставил нас здесь, чтобы мы охраняли его и никому не отдавали.
— Так Имира-то уже нет целую прорву лет. Зачем вы до сих пор выполняете его приказ? Пора уже разойтись по домам.
— Мы не можем покинуть это место. Нас держит клятва. Иврим не должен быть освобождён. А ты хочешь выпустить его на свободу, раз пришёл за ключом от его клетки.
— Я? Совсем нет. У меня другие цели, — проговорил я, мигом смекнув, что Иврим — это имя Безумного бога.
— Тогда зачем тебе ключ? — подозрительно сощурила она глаза.
— Мы вместе с Одином хотим убить его, — соврал я, понимая, что не стоит говорить правду.
Ежели стражи узнают, что Иврим проснулся, тогда они закатят грандиозный пир, понимая, что Безумный бог будет слать и слать сюда избранных за ключом. А стражи с радостью примутся их тут жарить, парить, варить и употреблять иными способами.
— Иврима нельзя убить, — проронила женщина.
— Можно. И Один знает, как это сделать.
— И как же?
— Я не знаю. А Один знает. По крайней мере, хуже чем сейчас он точно не сделает. В этом я тебе клянусь. Он же понимает, что Иврим — страшная угроза для Асгарда. Ты, кстати, знаешь же, кто такой Один? И что такое Асгард?
— Вот этот кое-что успел перед смертью рассказать мне о мире за пределами этого места, — ткнула она когтем в одну из рож, висящих на шее.
— Образованный, наверное, был человек. Хотя нет… если присмотреться, то можно понять, что он был эльфом. Ладно, не это главное. Важнее другое. Я тут набросал кое-какой гениальный план. Внимательно слушай его. Вы одолжите мне на время ключ. Не отдадите, а именно одолжите, что в корне меняет ситуацию. Таким образом клятва нарушена не будет. А я, в свою очередь, поклянусь вернуть вам ключ. Что думаешь?
— Какой нам с того прок?
— А прок такой. Если мы с сильнейшим во всей Вселенной богом Одином убьём Иврима, то вам уже незачем будет охранять ключ. Вы сможете получить свободу.
— А если у вас ничего не получится? Или ты просто не вернёшь ключ? К примеру, погибнешь? Что тогда?
— Даже в этом случае вы не станете клятвопреступниками. Вся вина ляжет на меня. Это ж я не вернул ключ. Но опять же есть пророчество, которое говорит, что мне удастся собрать все ключи и разделаться с Ивримом.
— Ох-х-х, говоришь ты складно, но нет тебе веры! — взволнованно выдала она, явно уже колеблясь. Мысль о свободе наверняка была для неё невероятно сладка.
— Ну, ты со своими братьями и сёстрами обговори моё выгодное предложение. Взвесьте все «за» и «против». А я со своей стороны готов дать все гарантии и клятвы, которые требуются. Хочешь, я прямо сейчас поклянусь, что не позволю Ивриму вырваться в большой мир?
— Хочу, — прямо посмотрела она на меня.
Я пожал плечами и чётко проговорил слова клятвы. У меня ведь действительно не было планов освобождать Иврима.
