Я посмотрел на Жарова, а потом на наручные часы. Лекция начнётся через пару минут.
— Неужели нет кого-то, кто прям ненавидит тебя? Хотя о чём я говорю… Наверняка таких людей очень и очень много.
— Они ненавидят меня только из-за моего высокого происхождения, и видят во мне конкурента, — задрал тот нос.
— Ага. А твой расчудесный характер вообще не играет никакой роли, — иронично сказал я. — Это же как ненавидеть крысу лишь за то, что она серая, забывая о её вредительских наклонностях. Да и болезней крысы разносят побольше, чем шлюхи из притонов.
— Вы переступаете границу, Громов. Сравниваете с крысой потомка древнего рода! — покрылся красными пятнами паренёк.
— Да перед кем ты выделываешься? — нахмурился я, картинно медленно обведя взглядом пустой туалет. — Тут же нет никого. Не надо играть на публику. Лучше напряги извилины и подумай, кто мог послать ко мне тех шестёрок. К завтрашнему дню жду список этих подлых рож.
— Я подумаю, — нехотя пробубнил граф и вдруг добавил: — Громов, что ты хочешь за свои извинения? Ты запятнал мою репутацию. Я должен её очистить.
— Мне ничего не надо. Я никогда не буду извиняться перед тобой, — с ухмылкой заверил я его, двинувшись к выходу.
— Подумай хорошо, у меня есть деньги, связи. Можешь даже не извиняться, а просто пожать мне руку перед нашими однокурсниками! — уже мне в спину жарко протараторил парень.
Но я молча вышел, хлопнув дверью. Вот ещё… извиняться. Будет ему урок, чтоб впредь вёл себя нормально.
Громов-младший считал так же. Он весь путь до аудитории горячо одобрял мой поступок. Однако я не слушал его, почувствовав шевельнувшуюся в груди тревогу, когда увидел возле окна напротив аудитории мрачных Белову и Огневу. Они о чём-то бурно шептались в опустевшем коридоре. Все кадеты уже разбежались по учебным комнатам, где вот-вот начнётся второе занятие.
— Идёт, — донеслось до меня злое шипение блондинки, первой заметившей моё появление.
Её голубые глаза метали молнии, а поджатые губы не обещали ничего хорошего.
Огнева тоже смотрела на меня как на врага народа, словно я спалил дотла пару деревень и изнасиловал не только всех жителей, но и домашний скот.
— А чего вы такие злые? — вскинул я бровь. — Неужто прознали, что я прибыл в этот мир, дабы спасти его, а ваши тёмные души не позволяют вам допустить того, чтобы это произошло?
— Предатель, — выхаркнула графиня.
— Мерзавец, — вторила ей баронесса.
— Вы опять единодушны. Эдак скоро подругами станете. Но перестаньте закидывать меня комплиментами и прошипите нормально, что произошло? Чем я вызвал у вас такой восторг?
— Перестань паясничать, Громов. Ты сам всё знаешь! — выдала Белова, бурно дыша, из-за чего ткань кителя постоянно натягивалась на её пышной груди.
— Ага, не води нас за нос. Мы не дуры, — прорычала мулатка, сощурив карие глаза.
— Короче, я ничего не понимаю, и если вы все не объясните, то увидите мой зад, скрывающийся в аудитории.
— Мы знаем, какие у тебя вчера были дела. Знаем, почему ты не пошёл с нами на прогулку по городу, — обвинительно ткнула меня пальцем в грудь графиня.
— Да-а-а? — изумился я, пытаясь сообразить, откуда им известно о моих приключениях в Гар-Ног-Тоне. Да и почему они их разозлили больше, чем звереватого Тора водные процедуры?
— Не прикидывайся, — взяла слово Огнева. — Тебя вчера видели в кафе в компании какой-то… какой-то…
— Потаскухи, — вставила менее щепетильная на язык графиня. — Вы с ней мило ворковали за чашечкой чая и эклерами. Она тебе глазки строила и рожу твою наглую рисовала. У-у-у, кобель! Как ты мог с нами так поступить⁈
— Да ничего не было, — как-то автоматически начал оправдываться я, а затем осёкся.
А чего это я оправдываюсь? Я же Локки, да и это моя жизнь. Чего они вообще лезут в неё?
Девушки мою заминку трактовали по-своему. Переглянулись и синхронно взмахнули ладонями. Но я от их пощёчин увернулся, после чего они сердито скрылись в аудитории, покачивая сексуальными бёдрами.
— Дела-а-а, — протянул я. — Кругом одни доносчики и интриганы, только и ждущие, чтобы испортить кому-нибудь жизнь. Высший свет действительно сборище пауков в банке, почти как боги.
Сокрушённо покачав головой, я вошёл в аудиторию и сразу же стал объектом всеобщего внимания. Скрытного, конечно, внимания. Никто не повернулся ко мне, но все украдкой косились. Оно и понятно. Аристократы сразу смекнули, что между мной и Огневой с Беловой пробежала кошка размером с Фенрира. Красотки пересели за другую парту. А я, понятное дело, вернулся на прежнее место.
А тут ещё и мрачный граф Жаров вернулся, что тоже добавило шепотков среди кадетов.
И кто из этих смертных видел меня с Ангелиной? А кто пытался подставить Жарова? Выбор большой. И не стоит в этом вопросе сбрасывать со счетов девушек. Они ещё те пираньи, интригуют не хуже мужчин, а порой даже лучше.
